От моря Ганзейского к морю Русскому

2 января 2017 в Азия, Европа, конкурс рассказов, Россия

VN:F [1.9.22_1171]
Rating: +1 (from 1 vote)

Ольга Калинина, Александр Калинин-Русаков

Не торопитесь открывать энциклопедию или Яндекс…

  История нашего путешествия.

ppp

                                                                                          Первый водитель 
                                                                                           Штурман, второй водитель 

День первый. 23-е августа. По старой Смоленской дороге.

Не торопитесь открывать энциклопедии или Яндекс по поводу непривычного для вас названия Русское море. Ныне оно на слуху у всех как Чёрное. Впрочем, и наша Балтика тоже когда-то называлась морем Ганзейским. Кто-то спросит, зачем эти параллели и экскурсы в историю?


Не стоит утруждать себя излишне глубокими вопросами. Давайте просто
освежим в памяти исторические названия. Прошлое уже написано, а наша задача – хотя бы изредка вспоминать о нём.
Для предстоящего путешествия мы опять выбрали БМВ – Х3, дизель 2,0. По дорожной классификации Зверёныш, проверенный и надёжный друг в дальних путешествиях. Нам хорошо знаком его безотказный и дерзкий характер. Таковым он зарекомендовал себя в Сибирском трафике «Из Ганзеи в Тартарию» в 2015 году, протяжённостью 10500 км. Как и в прошлом году, перед поездкой провели многоуровневую подготовку в автосервисе «Freedom» на Полтавской. Из-за наличия на маршруте горных участков установили стальную защиту картера. Не помешает…
До тёплого моря планируем добраться дней за пятнадцать – шестнадцать. Пока нас ожидают дороги Литвы, Латвии, Белоруссии, просторы России, степи, перевалы, новые города, незнакомые люди, приключения… Так уж сложилось, но из-за анклавности территории Калининградской области, чтобы проехать на автомобиле в Большую Россию, необходимо пересечь часть Евросоюза, для чего нужна, сами понимаете, Шенгенская виза. «Хлопотно», – скажет кто-то. Только от этого Родину свою ощущаем мы ещё ближе и для встречи с ней готовы на многое.
Как всегда, накануне отъезда часто звонили телефоны, долго продолжались уточнения, пояснения. Лишь поздним вечером текущие дела согласились расстаться с нами. Именно здесь, в этой точке времени, когда сознание освобождается от повседневных забот, и наступает начало пути.
Утро не оказалось оглушительным или феерическим от ощущения предстоящего путешествия. Напротив, всё происходило спокойно, даже тихо. Хвост из разномастных автомобилей и микроавтобусов растянулся перед таможней далеко за пределы площади Жукова. По нынешним временам – редкость, которой выпало случиться именно сегодня.
На краю Евросоюза, у наших литовских друзей, всё ещё спокойнее. Никто никуда не спешит. Мужчины в форме не переставая висят на мобильных. Им не до жаждущих поскорее открыть европейские ворота. Даже миниатюрной блондинке не до того. Отяжелённая огромным револьвертом на хрупкой талии, она то кого-то жёстко отчитывает, то нервно мечется с бумажкой в руке от одной железной будки к другой. В результате всё происходящее, утомляет стражницу границы, и она, безразлично махнув рукой, отправляется куда-то в сторону отдельно-стоящего маленького домика. Вернувшись, задумчиво смотрит на лужи среди асфальта, серое небо… Вроде как, переживает за что-то. Вместе с ней переживаем и мы. Прошло два часа, а мы всё ещё на мосту. Безрадостное препровождение времени разбавляем обсуждением планов путешествия, проговариваем маршруты, задачи. Ну… наконец… Клацнули штемпеля, и мы, успев утомиться от бессмысленной толкотни в очереди, облегчённо вздохнув, отправляемся… Хотя отчего же – бессмысленной? Именно здесь происходит обнуление, а точнее сказать, обновление оставшихся на противоположном берегу Немана событий, правда, несколько затянувшееся. Вот наши приключения начались…
Сегодня наш путь из Советска через Литву, Белоруссию пролегает до Смоленска. После по плану – Сергиев Посад – Ярославль – Кострома – Суздаль – Тамбов – Волгоград – Элиста – Пятигорск – Кисловодск – Армавир – Майкоп – Шаумянский перевал – Туапсе – Сочи. Обратно: Краснодар – Ростов на Дону – Воронеж – Орёл – Брянск – Смоленск – Даугавпилс (Латвия) или Белоруссия – Литва – Советск. Вот, собственно, и всё.
В Сочи, наверное, хорошо. Тёплое море шуршит галькой, много солнца, остатки снега лежат где-нибудь на горных вершинах и перевалах наперекор палящим лучам. А у нас дождь заливает лобовое стекло да туманная пелена висит над дорогой. Слева и справа от залатанной дороги с безумными каменными островами на осевой машут страшными крылами электрические ветряки. Они совсем близко. Их угрожающие серые мечи свистят где-то над нашими головами. Жутковатое, надо сказать, ощущение. Инстинктивно хочется пригнуть голову, поскольку ощущаешь себя внутри какой-то изуверской гильотины. Как же уродуют романтичную картину Жемайтии эти современные ветряные гиганты. Где ты, Дон-Кихот, с копьём и верным Санчо Пансо на ослике? Вас здесь явно недостаёт…
По пустынному, как и год назад, шоссе неспешно доезжаем до главного автобана страны – Клайпеда – Вильнюс. Движение здесь несколько бодрее, даже фуры появились. Однако дорожное покрытие обычное, с теми же трещинами и заплатками, к тому же не защищённое боковыми ограждениями от домашних и диких животных. Правда, по две полосы в каждую сторону да зелёный фон на знаках, который разрешает ехать по-человечески. В стороне остался Каунас. На подъезде к Вильнюсу останавливаемся в придорожном кафе, обедаем. Приятная обстановка с национальным колоритом, хорошая еда, приветливый персонал.
Всякий раз, бывая у наших соседей, пытаемся понять их. Неплохо, если бы ещё они попытались понять нас. Чего надо всем людям для нормальной жизни? Ответ проще простого – мир и торговля. Всё остальное техника управления. Сами литовцы, похоже, знают ответ на этот вопрос, но молчат… Согласны, наверное. Хотя бывает и наоборот – молчат как раз оттого, что не согласны.
Ответ на вопрос звучит с экрана телевизора устами американского визитёра Байдена. Он сегодня с визитом в Литве. Прислушиваюсь… Что-то по-английски, что-то по-литовски. Наконец, понимаю. Это они страху один на другого нагоняют, угрозы российской боятся. Получается, что – нас. Очень любят прибалтийские народы свободу, только вместо этого в итоге получают всегда её псевдопроявление. То есть мнимое ощущение, в котором себя надо постоянно убеждать. Только это так далеко от неё, настоящей Свободы. Ну да ладно, «наматываем мили на кардан» и пытаемся отвлечься. Только напоследок невольно возникает вопрос: люди – братья один другому или же?.. Сдаётся мне, что последнее. Думаю, что Творец недоволен человечеством. Да и отчего же ему быть довольным? Они ссорятся между собой, дорогу к храму забыли, устои его попирают, предназначение мужчины и женщины под сомнение ставят, в святость рождения нового человека не верят. Даже любовь у них отчего-то стала совершенно другим понятием…
Демис Руссос золотым голосом, с присущей ему трепетной вибрацией исполняет «Аве, Мария». Как много лет звучит этот призыв к человечеству, а оно всё то же… И меняться, похоже, не намерено.
Из путаницы развязок нас с честью выводит навигатор. Вильнюс остаётся в стороне, а мы на прямой. До пункта пропуска Мядининкай 30 км. Дорога пуста. Наивно полагаем, что промчимся через таможню с ветерком. Неожиданно понимаем – ошиблись… Граница стоит глухо. Час, два… Наконец, к концу третьего что-то в ней зашевелилось. Дальше всё было нудно и долго. Никто из таможенников никуда не спешил. А нам что?.. Мы поехали за приключениями. Вот и получаем их сполна.
С некоторым облегчением и надеждой отправляемся к белорусской границе. Свои, поди, славяне. Может, всё поскорее произойдёт. Только братья наши оказались круче всех… Людей в зелёной форме на границе было очень много. Все они беспорядочно и быстро перемещались по территории терминала, а за ними следом шустрые толпы из желающих пересечь границу. Стоим в очереди, вдруг впереди нас возня какая-то вокруг CRV с калининградскими номерами. Оказывается, «повязали» паренька, найдя в его багажнике какую-то оргтехнику, принтер похоже. Хотя он её и не собирался прятать. Всё лежало на виду. Смотрю, он им чеки магазинные показывает, объясняет, что едет из России в Россию. Там и товар приобретён, причём законно. Но досмотровиков не пробьёшь. Они даже вспотели от предвкушения. Только и нам уже не до смеху – устали. Получив бумажный номерок, наивно подумали, что это всё, конец маяте. Но спустя полчаса поняли, что стали участниками какого-то непонятного шоу, в котором мы не зрители, а участники, к тому же плохо понимающие, что делать в следующий момент?
«За дороги надо платить…». Где? – «смотрите, найдёте…». Едем по картонному указателю куда-то на заправку в стороне от дороги… «У вас меньше 3,5 тонн. Платить не обязательно, но вам нужна страховка по Белоруссии. Штраф – 300 евро». Только на дворе темень, первый час ночи. Хороший хозяин собаку не выпустит. Где взять эту заветную бумажицу? «Ищите страховую компанию где-нибудь возле трассы. Встретится обязательно».
– А если раньше встретим белорусское ГАИ?
– Триста евро…
Какая-то русская рулетка. Помните, револьвер и один патрон в барабане…
Повезло, километров через десять нашли сонную контору, купили страховку. Едем с гордостью и спокойствием. Нет, белорусы точно круче всех…
Погода меняется по несколько раз в течение часа. То начинает хлестать дождь, то небо вдруг разъяснится и луна свинцовым светом разольётся над чёрными полями. В тени придорожных деревьев с завидным постоянством прячутся бдительные белорусские гаишники. За окном ночь глухая, а они там стоят в лесу притаившись. Только, может, это и не гаишник вовсе за кустами с топором прячется? Может, это людишки лихие с недобрыми намерениями. Мы эту школу всеобуча прошли сполна.
Места эти помню ещё с 90-х… Неприятные ощущения пришлось испытать на этом месте полтора десятка лет назад. «Восьмёрка» перегородила дорогу, а из красного «Пассата», который висел на хвосте от самой границы, начали хлестать один за другим выстрелы. Одна пуля пробила колесо, две другие неприятно щёлкнули по задней панели. Помню, на спидометре моей БМВ М-5 стрелка спидометра завалилась за 250 км/час, а мне казалось, что стою на месте. «Пассат» издох через минуту, а мне остатка воздуха в колесе хватило, чтобы уйти. Это только в кино шина после прострела садится сразу. На самом деле, у тебя есть несколько дорогих минуточек. Называется, задекларировал наличные средства при пересечении границы. К слову сказать, этой самой. Вот она, эта дорожка на Смоленск, хорошо знакомая. Сейчас можно иронично улыбнуться, однако тогда было всё несколько иначе. Только и поныне остаётся вопрос… А что, если сейчас среди леса поднимет полосатую палку белорусский гаишник, останавливаться или опять педаль в пол?..
Ночь… Проехали речку Березина, горько известную французам многих поколений. «Количество окоченевших трупов в Березине со временем стало так велико, что по ним стало возможным перейти речку вброд, желая скорее избавиться от наседавших русских» — писал генерал Ней. А ведь начало этого похода с вступлением войск Наполеона в пределы России началось в Тильзите (ныне Советске), несмотря на заключённый там же Тильзитский мир. Это об этом прекрасном городе, который он называл вторым Парижем, писал Бонапарт в своих мемуарах, называя то время счастливейшими днями в своей жизни. «В Тильзите я был молод, влюблён и не ввязался в войну с Россией…».
Я же остался один на один с дорогой. Штурман мой и сменщик спит. А мне всё нравится… Тёмная стена леса, оловянная луна среди обрывков туч. Дорога заключает в себе прелесть неизведанного, возможность для преодоления. Час ночи, два… Около трёх пересекаем границу России. Первый вопрос, который нам задали через опущенное стекло люди в камуфляжной форме: «Вы русские?». « Русские, русские!» – отвечаем мы. «Тогда проезжайте…» – смеются они. Так-то вот… Никто с нас и единой бумажки не спросил. Да и мы по существу и не остановились даже, а всего лишь притормозили на секунду. Для своих, видишь, даже лицом вышли.
Тут-то мы и поняли, что прибыли домой. Пункт пересечения залит светом, асфальт гладкий, боковые ограждения со светоотражающими, просто космическими полосками. Дорога – класс… Ровная, освещённая. Гордость берёт за Родину. Где бы мы сегодня ни проезжали, нигде такой нет. Идеальное состояние как самой дороги, так и прилегающих территорий. Чистота, стоянки, баки для мусора светло-жёлтого цвета.
Не прошло и получаса, поворот направо, за которым уже видны огни большого города. Это Смоленск. За стеклом ночь, ближе к утру. Едем по пустынным улицам. Навигатор работает безупречно и доводит нас до гостиницы «Премьер» на улице Крупской. Второй год пользуемся для бронирования системой «Booking. com» – не подводит. Всё корректно. Не- смотря на поздний час, а точнее сказать, раннее утро, нам рады. Встречают с доброжелательной улыбкой. Чтобы поскорее уложить спать, даже оформление отложили до утра. Достаточно было показать один паспорт. Засыпаем… Всё-таки шестнадцать часов за рулём – многовато.

День второй. 24-е августа. Смоленск.

Для начала приятно отметить: с гостиницей нам повезло. Безупречная чистота, интересная обстановка, удобство и очень приветливый персонал. А отличная кухня, где завтрак для тебя готовят персонально, это вообще отдельный разговор. В меню не забыты деликатесы – наши, включая красную рыбу, и иностранные – пасты, тарталетки и даже «английский завтрак». Это когда яичница с беконом. Кроме того, кофе настоящий и обязательный «комплимент» от повара. Недурно?.. «Премьер» смело можно назвать отелем без досадных мелочей, поскольку их здесь просто нет. Если интерьер, то изысканный, если шоколад на утреннем десерте, то лучший. То же и со всем остальным.
Поутру милая служительница рецепшена пригласила экскурсовода по имени Маргарита, и мы на вылизанном туристическом автомобиле отправились знакомиться с легендарным городом Смоленском, раскинувшимся на двух берегах великой русской реки Днепр. Река достаточно полноводная, учитывая конец засушливого лета. Берёт она начало в 120-ти километрах от города. В Смоленск до недавнего времени осуществлялось пароходное сообщение как грузовое, так и пассажирское. Только или реки в последнее время обмелели, или люди, поскольку остались о той поре одни воспоминания. Но и это неплохо.
Экскурсия началась с окрестностей. Маргарита за три часа познакомила нас с музеем-усадьбой в деревне Талашкино. Рассказала о Тенишевой Марии Клавдиевне – просветительнице и меценате, создавшей это чудо. Мы увидели созданную её стараниями школу для крестьянских детей, культурный центр, церковь. Непростая смесь древнерусской культуры, православия, буддизма и космизма. Всё в одной усадьбе.

2                                                                                                    Талашкино невозможно не полюбить

Панно на фронтоне православной церкви дело рук самого Рериха…
Это как раз он проповедовал космизм с оттенками буддизма.
Церковь лишённая при возведении канонических пропорций, долгое время оставалась предметом православного спора, остаётся таковым поныне.
Спора, заметьте, а не отторжения или анафемы. Сама же историческая фигура Марии Клавдиевны, безусловно, впечатляет. Не просто женщина, а какой-то фейерверк дарований. Сколько сил и средств потрачено ею для того чтобы просветить народ, обучить его правильному пользованию землёй с использованием агрономических знаний, привить этому самому народу любовь к своим корням, самобытной культуре. Да что сил? Она жизнь была готова на это положить. Однако в 1917 году народ, как водится, сполна её за всё это отблагодарил. Любую логику способен разрушить сумасшедший… Она ему непонятна, а потому – враждебна. Назидательная, вроде бы, история для просвещённой интеллигенции, жаль до сих пор до конца не осознанная.

3

                                                                                         Такой была усадьба Марии Клавдиевны (макет)

Отправляемся в сам город Смоленск. Вот неприметная часовенка в Заднепровье. Поставлена в ознаменование окончания судебной тяжбы между православными и иудеями на предмет разрешения «торговых дел» по воскресеньям. Длилась она немного, немало – пятьдесят лет! Пятьдесят лет судов и рассмотрения объективных доказательств. С адвокатами, присяжными и прочими судебными атрибутами. Были когда-то люди братьями, а потому спор в суде доказывали, а не поднимали на штыки неугодных.

До самого обеда изучали город за крепостной стеной, слушали рассказы Маргариты о ратных заслугах города и горожан. Из всего у нас сложилось впечатление, что из-за своего расположения на пути к Москве Смоленску всегда доставалось от врагов. Он и до сих пор напоминает раненого солдата, причём окончательно не исцелившегося. Слишком много ран на его теле.

День третий. 25-е августа.
От Смоленска до Сергиева Посада.

 

Дорога М1 упакована камерами наблюдения и контроля в сторону Москвы так, что радар-детектор не замолкает. Каждая трасса живёт своей жизнью, увлекая путешественника тем, что имеет собственные особенности, порядки, устои если угодно. Все эти тонкости неплохо бы каждому разгадать, попытаться в них разобраться. Это что-то сродни асфальтовой душе, которая есть у дороги. На первый взгляд она у всех одинаковая. Но присмотрись поближе, и сразу станет ясно: не так это. Чаще всего дорога диктует свои правила поведения. В одночасье здесь происходит множество событий, всех не упомнишь… Каждый из нас на память помнит не менее тысячи человек. С их лицами, голосом, привычками. Так запоминаются и дороги – индивидуально и надолго.
Однако событие, на первый взгляд, самое обыкновенное произошло с нами вовсе не на дороге. Проехав пару часов, остановились на краю клеверного поля, чтобы взбодриться чашкой кофе. Когда кружки уже грели ладони, мы вдруг увидели, как из леса напротив, в самом начале еле заметной извилистой дороги на краю поля, появилась одинокая фигура. Всё происходило достаточно далеко и сначала было даже не очень понятно, кто это? Мужчина, женщина?.. По едва заметной тропинке фигура человека медленно приближалась к нам. Вскоре стало понятно, что это старушка с сумкой в руке. Ступая неровной походкой, она, действительно, шла в нашу сторону. Вот уже стали видны её глаза, лицо, простой платок, повязанный на голову… Она шла прямо на нас, а подойдя, на мгновение задержала на нас свой спокойный взгляд, поздоровалась, переложила из руки в руку сумку, тихо вздохнула отчего-то и отправилась дальше. Не знаю, кому как, только нам она показалась явлением человека из какого-то другого, параллельного мира. Слишком уж завораживающе тихо, даже беззвучно всё произошло… За спиной у нас – федеральная трасса, бурлящая моторами, мелькающая человеческими судьбами, рвущаяся страстями, событиями… А тут, среди тишины полей – старушка с открытым миру взором. Кто она? Живёт, наверное, где-нибудь в смоленском лесу на опушке, слушает по вечерам, как кукушка отсчитывает ей года, вспоминает своё босоногое детство, редкие счастливые денёчки… Мир вокруг давно уже изменился, а она не меняется, да и не надо. В наступившей тишине Ольга негромко сказала: «Бабушка Ульяна точно также ходила от хутора на опушке до Славска и Новоколхозного».
На трассу мы вернулись с ощущением того, что мгновение назад встретились с каким-то необыкновенно чистым и добрым явлением. Самой сутью нашей земли что ли…
Другой мир встретил нас через несколько сот километров на МКАД. Однако он ведь тоже кому-то нравится. Какие же люди разные… А может быть, они просто живут в разных мирах или измерениях?
Сорок МКАДовских километров вынули душу. В пробках умирает время.
Мы можем купить себе новые штаны, автомобиль, можем прибавить жилплощадь, выстроить дворец в золоте, притянуть к себе всё богатство Земли. Единственное, чего мы не можем обрести ни за какие ценности – время. Это оно рано или поздно обретёт нас. Всё имеет свою цену. Бесценно лишь оно – время и его бесконечное течение, в котором нам не дано понять его начала, тем более конца…
Сергиев Посад очаровал нас сразу. Завтра будет ещё один хороший день.

День четвёртый. 26-е августа. Сергиев Посад.

 

Вчера созвонились с другом детства Саней Фёдоровым. Он живёт в Москве. Обещал подъехать к обеду. После школы мы не виделись никогда. Как далеко и давно это было. В какой-то прошлой жизни. Ушла эпоха, сменился общественный строй целой страны. Изменились ли мы? Я всегда задаю себе этот вопрос. Почему? Об этом после встречи.
День сегодня яркий, солнечный. Открыли окно. За ним слышен город, отдалённый перезвон колоколов, негромкие голоса двух соседок, обсуждающих последние новости… Из любопытства выглянул, чтобы увидеть уже нарисованную в голове типично русскую картину двух мирно беседующих женщин с коромыслами или с чем-то вроде этого… Хотите улыбнуться? Голоса под окнами нашего небольшого отеля принадлежат на самом деле двум разговорчивым итальянкам. Вскоре к ним подошёл лысоватый мужчина с крепким брюшком, сказал «бонжорно», и они уехали. Стало обыденно и тихо…
Хороший день начинается с хорошего кофе. Это мы поняли давно. Ресторан грузинской кухни «Пиросмани» не разочаровал нас. Хороший инсталляционный фон – напоминание о наших христианских корнях и общем прошлом, которое, похоже, заканчивается. И когда дни сегодняшние станут историей, может случиться так, что будут они у грузин уже с американскими корнями. Это и есть гримасы истории. Потому, если копнуть любую из них поглубже, всё там слишком запутано и тяжело понять, где тут правда, а где вымысел. Всё оттого, что сама история – одно, а её описательная часть – другое.

4                                                                                                                                  Пиросмани

 Однако, если отложить в сторону рассуждения, кофе отличный, десерт тоже.

5                                                                                                                  Штурман отдыхает

                                                                                Прекрасное начало дня. Настала пора отправиться в лавру.

6                                                                                                            Эта дорога ведёт к храму?

7                                                                                                            Дорога, открытая каждому…

8                                                                                                        Восторг, удивление, восхищение…

9                                                             «Купола в России кроют чистым золотом, чтобы чаще Господь замечал»
Всё случилось именно так, когда мы вошли во врата Троицко – Сергиевой лавры. Утончённая, действительно, неземная красота, пропитанная русским духом. Тьма народу со всех сторон света. Китайцы, японцы, итальянцы… Немцев – нет?.. А вот уединиться для встречи с Богом здесь непросто. Суетно излишне. Одного пребывания в этой гармонии достаточно, чтобы настроить тонкие струны души. И это не игра слов. Что такое ненастроенная скрипка, гитара, арфа? – бесполезная и ненужная вещь. А строй инструмента так ведь и называется – гармония. Так что не спешите расстаться с этой мыслью. Давайте учиться настраивать собственную душу.
Выйдя за ворота лавры, чувствуем, как после посещения этого святого места в душах наших поселился ещё один добрый ангел.
Позже встретились с Фёдоровым. Долго говорили. Только разве можно словами одному пересказать свою жизнь, а другому понять её до конца? Где взять столько понимания чужой души? Сознание не воспринимает этого человека с седыми усами, сидящего напротив, и не признаёт в нём одноклассника Сашку, с которым сидели когда-то за одной партой. Прошлое нельзя перенести в сегодня. Оно осталось там, в нашей юношеской памяти…Отсчёт времени, отведённого на Сергиев Посад, заканчивается, пора отправляться в дорогу.
Переезд до Ярославля невелик – пару сотен километров. Дорога получилась неожиданно тяжёлая. Я никак не мог понять её из-за того, что у неё постоянно менялся алгоритм. Она то неслась автобаном, то упиралась в ограничение 40 км/час. От этого не переставая сигналил и разговаривал радар-детектор. Ограничивающие знаки выскакивали неожиданно, затем также вдруг отменялись.

10                                                                                      Здесь, на въезде в Ярославль и появились Гомбики

Наконец Ярославль… Идёт дождь. Улицы местами пустынны, местами напротив переполнены. Так случается практически всегда – совпадает наш приезд в город и вечернее время – пик.
Появились Гомбики. Вы спросите это кто или что? Честно говоря, я даже не знаю с заглавной их буквы писать или с прописной? Из уважения напишу с заглавной. Так вот, чтобы вам было понятно, это такие существа, которые появляются когда уже ни настроения, ни сил, ни терпения просто не осталось. С их появлением ситуация меняется ровно наоборот. Если у вас таких нет, заведите непременно.
Отель наш на сей раз крут, даже названием – «RING PREMIER HOTEL». Четыре звезды. Он безусловно хорош. Его мощный, хорошо отлаженный механизм действует безупречно.

11

Уровень достойный звёзд в его короне. Персонал предупредителен и
безупречен. Великолепный номер, дорогое постельное бельё, соответствующее наполнение ванной комнаты.
– Мини-холодильник в номер дополнительно к бару? – Пожалуйста…
– Ужин в номер? – Во сколько будет удобно?
– Что-то ещё желаете? – Пятнадцать минут…
Уважать после этого начинаешь не только себя, но в первую очередь тех людей, которые делают это. Браво, RING PREMIER, браво!.. Рекомендуем.

День пятый. 27-е августа. Ярославль.
Завтрак с Валентиной Терешковой.

 

Да, именно так всё и было. Мы сидели напротив, ели овсяную кашу, яичницу, пили кофе, а меня всё это время тянуло спросить:
– Как живётся ей, спустившейся с небес, среди обычных людей?
Вижу – как и всем нам простым смертным. Внучок растёт раскормленный, с дорогими часами на руке. К концу завтрака сопартийцы в элегантных синих костюмах подтянулись… Выборы скоро. Только обыкновенная жизнь так и не сделала обыкновенной её. Она по-прежнему – Первая!
И куда, вы думаете, мы отправились, окончив завтрак? Конечно же, на Волгу, в небольшое двухчасовое путешествие вверх по течению, к Толгскому женскому монастырю. Причём не на туристическом кораблике с кофе и мороженым, а на обычном речном трамвае. Почему? – Да потому, что в монастырь лучше всего с народом. А он на борту разный: паломники, по одному и семьями, местные жители, едущие домой и в гости, прочий странствующий люд.
Настроение наше ещё до отправления предопределила экскурсия в музей «Звуки и время», куда мы попали, используя свободный час до отхода речного трамвайчика. Часы настенные, напольные, каретные, хронографы… Всё тикает, звенит разномастным боем…

12                                                                                                                    Очарование времени

Валдайские колокольчики в соседней комнате не просто звучат. Экскурсовод исполняет на них музыкальные произведения, причём профессионально. А какой зал фонографов, патефонов, музыкальных шкатулок! И всё это работает: тикает, щёлкает, звенит. Звук граммофона живой, шуршащий и к тому же достаточно громкий. Оказывается, раньше для регулировки громкости использовали обыкновенные мягкие игрушки, которыми попросту затыкали раструб. Опять и опять хочется думать и искать ответ на вопрос – что же такое время, если оно способно жить в виде звуков, спрятавшись внутри этих механизмов из прошлого? И не только звук, образ жизни тех людей показался нам в тот миг неожиданно не таким уж далёким, даже понятным и ощутимым.

 

13                                                                                                                                Эх, Расея…

За бортом нашего теплоходика не просто река – Волга. На той стороне одноэтажные дома, мальчишки бегают вдоль берега. Они давно уже привыкли видеть на стрежне белоснежные теплоходы с туристами, вытянутые баржи и танкеры, по-деловому снующие буксиры. Такая река, как Волга, безусловно, несёт свою энергетику. Спокойствие очень скоро сглаживает острые углы восприятия мира. Суетливый мир здесь, на средине реки, таковым уже не кажется. По прибытии на монастырскую пристань видим паломников, направляющихся к белым воротам обители.

14                                                                                                        Толгский монастырь. Дорога к Богу

Ловлю себя на мысли: если эту фотографию перевести в чёрно-белый формат, время на ней переместится на столетие, не меньше. Надо попробовать.
Ярославль и всё, что здесь происходит, нам явно нравится. Поэтому на послеобеденное время заказываем пешую экскурсию с гидом, которая началась совершенно обыденно и даже как-то тоскливо. Нашего проводника в историю зовут Валерий. Человек он, похоже, влюблённый в театр. Оттого подробно и в деталях излагает историю купеческого пасынка Фёдора Волкова, потратившего в своё время своевольно деньги, предназначенные для обучения торговым делам, на обучение театральному и «изячному» искусству.
Результат – театр и площадь в Ярославле названы его именем, а фигура самого Волкова в театральном трико, обтягивающем значимое мужское достоинство, стоит в сквере напротив. При коммунистах, пока завотделом культуры была женщина, памятнику ничто не угрожало. Однако стоило назначить на это место мужчину, как на памятник тут же начались гонения. Его даже едва не снесли. Виной всему зависть. Чему?.. Не догадываетесь?.. Конечно же, первопричине, обтянутой тонким трико. Женская часть Ярославля, узнав о гнусном замысле властьпридержащих, не допустила сноса, организовав бессрочные пикеты вокруг. Причём женщины сплотились все от театральных поклонниц до обычных ткачих и вагоновожатых. Дело запахло политикой и по какой-то труднообъяснимой «наверху» причине памятник оставили в покое. Так что стоит он по сей день, напоминая окружающим о первопричинном смысле самой обычной жизни…

Спустя пятнадцать минут доходим до городских ворот. Несколько раз читанная ранее история об осаде Ярославля звучит из уст Валерия как-то пронзительно и очень уж явно. Суть здесь вот в чём… Литовско-польское войско численностью более сорока тысяч воинов осадило город и приготовилось брать его. Противостоять им попросту было некому. Войско ярославцев было малочисленно и плохо вооружено. Только приснился в ту тревожную ночь Патриарху сон… Явилась к нему Божья матерь и сказала, что она сможет защитить город. Послушался её Патриарх, поднялся утром на сторожевую башню, над воротами, под которыми мы сейчас стоим, и поставил там с молитвой о помощи икону Ярославской Божьей матери. Тут-то всё и началось… Вскоре в стане врага началась эпидемия холеры, а следом за уничтожающей поганым образом вражеские войска болезнью случился разлад между литовскими и польскими военачальниками. Чем всё закончилось? – Бежали обгадившиеся захватчики разрозненными группами восвояси. Давно пора понять: Русь святую Божья Матерь берегла всегда и будет беречь впредь. Так что лучше всего сидеть бы им всем спокойно, а то неровен час, опять случится неожиданность в кустах.

Слушая неспешный рассказ Валерия, спускаемся к речке с названием Которосль. Слева на пригорке часовенка, картинки которой желаем иметь всем и как можно в большем количестве. А дело тут вот в чём… Часовенка эта, внешне похожая на ракету, изображена на тысячерублёвой купюре. Автор – земляк, ярославец Мухин. Так что желаем всем роста коллекций с изображением часовенки.

Через дорогу монастырь. Здесь среди незначительных бумаг были обнаружены тексты «Слова о полку Игореве». Литературное это произведение или быль, теперь уже никто не знает точно. Мастеров доказать это и обратное – предостаточно. Идём дальше вдоль земляного вала. Слева от нас храмы один краше и интереснее другого. Замыкает их череду Успенский собор, отстроенный заново в наши дни после варварского обстрела артиллерией Красной армии при подавлении мятежа в Гражданскую войну.

15                                                                                                                      Возрождённый храм

16                                                                                                                  Стрелка Волги и Которосли

На первый взгляд может показаться, что это два разных места. Только это всего лишь слегка изменённый ракурс, да другое время дня. Необыкновенное место, сотворённое человеческими руками на месте брошенной земли.
Мы здесь были несколько раз, и всегда видели множество гуляющих людей, молодых мам с детскими колясками по одной и группами.
Хочешь увидеть будущее страны – посмотри на детей.

17                                                                                        Бог сотворил эту землю, люди на ней сотворили чудо

После удивительных минут проведённых в этом удивительном месте непросто начать говорить от трагедии целого города.

                                                                                                                                     ***

Так невольно мы подошли к «белогвардейскому мятежу в Ярославле» и предшествующей ему красной эпохи в городе. Во главе революционных масс в городе стояли тогда тов. Нахимсон и Закгейм. И всё бы ничего, да во время развесёлого «купеческого дня» с лихими катаньями, выпивкой и девками перестреляли они по пьянке шестерых мужиков возле церкви. Тут-то и начался народный бунт, который для удобства быстренько назвали белогвардейским. Красные, кому удалось, бежали из города. У власти эсеры, которые тут же попытались прибрать власть к рукам… Однако за неповиновение красной армии пришлось заплатить жизнями тысячам самых обычных городских жителей. Стояла жара. В городе при непрекращающихся две недели артобстрелах хоронить убитых было просто невозможно. Кровь и трупный смрад надолго накрыли Ярославль. «Дело Ленина живёт и побеждает!» Мы помним об этом.
А что до самих пламенных революционеров? Если власть эсеров лишь посадила их под арест до суда, то красная просто утопила под шумок вместе со ржавой баржой, списав ржавое корыто, а заодно и жизни комиссаров на злодейства мятежников. Эти свидетели им точно были не нужны. «Нет человека – нет проблем…». Это их лозунг.
Пешеходная экскурсия вместо двух часов незаметно продлилась почти четыре. Одному хотелось рассказать как можно больше, другим – послушать… Прекрасное совпадение интересов.

День шестой. 28-е августа.
Ярославль – Кострома.

 

Расставаться с Ярославлем не хотелось, поэтому отправляемся на стрелку Волги и Которосли.

18                                                                                         Под сенью куполов вольно душе. Вольно и спокойно

Хочется чтобы ещё раз прогуляться в этом благословенном месте. Не спеша наслаждаемся музыкальным фонтаном, приятной погодой, русскими пейзажами. По Волге идут теплоходы, баржи, самоходки, катера…

19                                                                                                           Это на самом деле великая река

Над окрестностями небесным покрывалом из золота стелется звон колоколов. Сегодня воскресенье. В храмах и монастырях начинается служба.

                                                                                                                                          ***

Дорога до Костромы не велика – семьдесят восемь километров. Наш не то отель, не то мотель расположился у самой дороги перед въездом в город. Устраиваемся и почти сразу идём в русскую баню. (Когда бронировали номер, насмотрелись рекламных проспектов). Баня настоящая, на дровах. Чувствуется лёгкий запах дыма, брёвен, распаренных веников. Два часа: парилка – купель – парилка – бассейн под открытым небом – парилка…
Парилка хорошая, но есть у меня, как у сибиряка, во-первых, и парильщика со стажем, во-вторых, весьма серьёзные замечания. Баня давно уже в эксплуатации, однако всё в ней как-то до сих пор не доделано, не достроено. Нижняя часть левого полка слегка покачивается, между верхом правого и стеной – провал больше метра. Что сделано толково, так это каменка. А во всём остальном – непорядок, мужики. Да, вот что ещё. Не надо жмотиться на мелочах. Тапочки, шапки для парилки должны быть одноразовые. Это копейки по сравнению со стоимостью самой услуги. Увеличьте её на сто рублей, этого будет достаточно. Кроме того. Заполните холодильник напитками. По окончании посещения парной отнесите стоимость использованных на счёт клиента. А то заказал я в ресторане минералку – принесли, но главное, хотят чтобы я немедленно рассчитался. Только в подобной ситуации никак не могу определиться, куда бы мне денежку пристроить? Невольно всплывает в памяти «Баня» Михаила Зощенко…

День седьмой. 29-е августа.
Кострома.

 

Вопрос всегда один… Как будем «брать» город? Обычно мы начинаем с Кремля, но его в Костроме нет, поэтому начинаем с окраин, плавно втекая в пределы. Поняв, что на окраине ничего удивительного не отыскивается, постепенно перемещаемся ближе к центральной площади. Личность Ивана Сусанина безусловно заслуживает памяти и уважения.

20                                                                   На этом месте задуматься бы крепко, да суетность жизни мешает

Оставив Зверёныша отдыхать в тени, отправляемся на пешую экскурсию. Торговые ряды в центре – наследие истории. Ныне они представляют собой нескончаемый набор бестолковых магазинчиков с одним названием «Кто во что горазд». Такая же и сырная биржа. Звучит красиво, в интернете и путеводителе по городу о ней много написано, а по существу – один из убогих отделов базара. Продавцы о рекламируемой везде дегустации не слышали и слышать не хотят. «Чево-о?..» – говорят. Однако народ вокруг бойко снуёт. Хочу что-то спросить у прилично одетой женщины, а она меня будто и не замечает вовсе. И другая то же самое. Странно… Задумался тут я невесело. Что же, интересно знать, во мне и моей спутнице не так? Пытаюсь найти ответ, смотрю на окружающих как-то глуповато. Хотя всё правильно… Встречают по одёжке. А мы с нашими рюкзачками и шляпками, очень уж похожи на каких-то адвентистов-иеговистов, которые мотаются по улицам в поисках ослабленных душ. Может, оттого? А, может, отчего-то ещё не удосужили нас костромичи вниманием? Только до сих пор никакого другого вразумительного объяснения этому не нахожу.
А жизнь базарная течёт своим чередом. На одном углу играет гармонь, на другом баянист растягивает меха, зарабатывая копейку. В Костроме, как и во всяком приличном городе, например Париже, есть собственный азимут. От него всё и отсчитывается…
Питаясь остатками надежд отправляемся в музей пожарной техники у основания 35-метровой каланчи. К сожалению на неё нет возможности подняться. Несколько разочаровал своей невнятностью и равнодушием персонал. Музей оружия в бывшей гауптвахте неплохой, но отчего же так всё неинтересно? Какая-то среда здесь странная, не поддающаяся впитыванию. Опять вопрос – почему? Может быть, оттого, что слишком плотно сжаты тонкие губы служительниц истории или мы опять, на чей-то взгляд, лицом не вышли?
Не нарушая планов, едем на набережную. Есть там одно интересное и многим знакомое место.

21                                                                           На втором плане – «Ласточка», которая опять кого-то ждёт…

Эта ротонда многим известна. На этом месте снимались сцены из «Жестокого романса. Здесь героиня Ларисы Гузеевой с трепетом ожидала прибытие «Ласточки». Кадр и его второй план с пароходом у причала явно просматривается через беспокойную берёзовую листву.

22                                                                                                          Этим утром жизнь явно задалась
Хотя первый кадр всё равно остался в Ярославле, на зелёном дебаркадере, который ныне превращён в плавучую гостиницу «Волжская жемчужина». Приятное и романтичное место. Какие, однако, были времена, какие страсти.

23                                                                              Ярославль и Волга навсегда останутся в наших сердцах
Но вернёмся в Кострому. Какой бы ни был город, слишком хорош или наоборот плох, это святое для русского человека место. Здесь, в Ипатиевском монастыре вместе с Романовыми поднималась и строилась царственность Руси, её устои и принципы. Что испытывает русский человек, входя в этот храм? Я, например, каким-то одним чувством воспринимаю торжественность, а вместе с этим трагизм ушедшей эпохи и безусловное начало нового пути, на который вышла Россия сегодня. Ступени Ипатиевского монастыря подняли Романовых вверх, ступени в подвал Ипатиевского дома в Екатеринбурге сочли их последние дни. «Случайное стечение…» – скажет кто-то. Хотя может быть и нет…

24                                                                                                           Ипатиевский монастырь. Вечер
Ворота в монастырь открыты для любого и по сей день. Мне же надо по просьбе Надежды Матвеевны – моей тёщи и близкого мне человека, освятить иконку. Батюшка терпеливо выслушивает мою просьбу и исполняет её со всем старанием.
Подошёл к концу ещё один день путешествия. Слишком незаметно бежит время. Прошло уже семь дней после отъезда. Завтра мы покинем районный центр г. Кострома, заштатную гостиницу на подъезде к городу, плохие дороги, не очень приветливый люд. Увы, но это так… Правда одна и она такова: что-то не так в нашем Костромском королевстве.

День восьмой. 30-е августа. Дорога на Суздаль.

 

После того как покинули Кострому и выехали на трассу, поняли: жить нам без дороги невозможно и более того – скучно. Дорога отвечает взаимностью. Красивая, гладкая, с постриженными обочинами, удобными местами для отдыха и стоянки. Неяркое солнце не слепит глаза, освещая край леса, серое полотно дороги, деревеньки на берегах извилистых речушек. Народ вокруг активный: торгует грибами, ягодами, яблоками, картошкой.
Вот и поворот на Красное на Волге. Как-никак ювелирная столица России. Треть всей российской ювелирки производится здесь. Богатство имеет свойство выплеснуться наружу, только нет его в Костроме. Почему?..
Какой-то час пути, и мы на въезде в Иваново. Никогда не были здесь. Встреча оказалась приятной. Хороший город. Красивый, чистый, с широкими улицами и организованным движением.

25                                                                                                     Хорошо, когда люди умеют улыбаться
С нетерпением ждём встречи с Суздалем, тем более на одной из лесных стоянок предлагают место для ночлега. Какой он интересно город, о котором так много написано и снято. Всё становится понятным после того как повстречались его первые дома с резными наличниками. Самодостаточность присуща не только людям, но и городам. Вот и у Суздаля характер независимый, однако простой, не заискивающий. Да ему это и ни к чему. Наши планы познакомиться с городом поближе неожиданно расстроила гроза. Её уже видно на фотографии ниже. Построили огромное количество, которым, увы, не пришлось сбыться. Ливень хлынул с какой-то оглушающей силой; отвесный, тяжёлый и не прекращающийся.

26                                                                                                                             Два времени
Мы же невольно, как говорят киношники, оказались в кадре. Фильм всем хорошо знакомый и любимый «Женитьба Бальзаминова». Приятно хотя бы прикоснуться к тени этого гениального произведения, литературного и кинематографического. К тому же нам просто повезло с отелем.
Называется он «Усадьба Суриковых». Небольшой, частный, с настоящими деревянными полами, видом из окна нас соседний дом с резным коньком на крыше. Всё внутри домашнего отеля с любовью обустроено.
Каждое без исключения помещение представляет собой мини выставку.

27

                                                                                                             В низенькой светёлке…

Экспонаты этой выставки – граммофоны, проигрыватели, ламповый радиоприёмник с зелёным глазком, прялка, родные для многих отечественные фотоаппараты «ФЭД», «Зенит», «Киев», «Смена», граммофоны. Это наше не такое уж и далёкое прошлое.

28                                                                                                                                 Вечер. Тишина
Оказывается, время можно сохранить и таким вот способом. Когда встречаешь подобные экспонаты где-нибудь за стеклом выставочной витрины, воспринимаешь их несколько иначе.
Взял в руки фотоаппарат «Смена», щёлкнул несколько раз – работает. Открыл заднюю крышку – обе кассеты на месте, даже запах чёрной пластмассы сохранился. Время, время… Именно от запаха этой пластмассы проснулись воспоминания о ранней юности. Именно «Смена» был мой первый фотоаппарат. Спасибо тем, кто сохранил эту коллекцию. Странно, но мне вдруг показалось, что вижу я сегодняшний день оттуда, из ушедшего века, даже тысячелетия…

День девятый. 31-е августа. Суздаль – Тамбов.

 

Хозяина мини-отеля в Суздале зовут Александр. Он сам готовит завтраки, занимается хозяйством. Помогает ему Марина. Люди они добрые, приветливые. А как же по-другому, если ты решил связать жизнь с гостиничным бизнесом?
Утро, пора отправляться. Я, откровенно говоря, несколько насторожённо отношусь к сегодняшнему маршруту. Хотя это и есть одна из целей нынешнего путешествия – ехать везде, где возможно, не по федеральным трассам, а по дорогам областным, районным. Можно даже сказать, деревенским. Все федеральные трассы идут от Москвы лучами. только мы же двигаемся поперёк них. Посмотрим, что из этого получится…
Ошибся однако я в своих предположениях, и надо сказать, основательно.
                                                                                                           Дорога – мечта путешественника.

29                                                                                                    Лесная стоянка по дороге на Тамбов.
Асфальт шуршащий гладкий, ландшафты родные: лес у дороги, стога сена, лесные поляны, нагретые солнцем, резные наличники на окнах домов. Неожиданно небо потемнело, хлынул летний ливень, густой и отвесный. Вот только через пятнадцать минут всё закончилось. Опять выглянуло солнце, над асфальтом поднимается пар, умытые деревни обступают дорогу.
Кстати, могу заметить: все разговоры о скорой кончине деревни, как и все страдания по поводу кончины света, беспочвенны. Стоит деревня крепко и ещё многих болтунов перестоит. Да и свет наш, надо полагать, тоже.
На пути – Рязань. Тоже никогда не были. Интересно, какая она? Въезжаем… Город красивый, чистый, с широкими улицами. На выезде промзона. Дорожное покрытие – соответственно. Однако один поворот направо, и город остаётся позади. Мы опять в своей стихии. Региональные дороги не разочаровывают. К тому же много участков ремонтируется. Везде хорошая дорожная техника, рабочие в яркой спецодежде. Через сотню километров выезжаем на М6. Неожиданно опять хлынул дождь, пелена повисла над дорогой… К счастью, ненадолго. Вскоре на дорожных указателях появилась надпись Тамбов, а на въездах в населённые пункты регистраторы ДПС. Понятно – началась Тамбовская область. Алгоритм установки – наш, российский. Это значит не предупредить, а изловить, чтобы соответственно…
Тамбов мы увидели именно таким, как он и представлялся нам. Фундаментальный, неспешный и какой-то уж очень русский. Такие города нужно сохранять в их истинном виде. Все новые супер – гипер строения в его пределах невольно вынимают его из истории. Ну да ладно… Может, мы просто устали? Отель нашли с большим трудом. Он, при его громком имени, оказался на окраине. Новый, оснащён неплохо, но недоработок пока хватает.
Только нам пора отправляться. Тамбов из-за недостаточности времени так и остался для нас нераскрытой страницей. При первой же возможности мы это исправим. Так что до встречи, Тамбов! Хитросплетение улиц с трудом выпускает нас из собственных объятий. Добираемся до М6 почти через час.

День десятый. 1-е сентября. Дорога на Волгоград.

 

Быстро вживаемся в движение. С одной стороны асфальта убранные поля, с другой до самого горизонта черноголовые подсолнухи. В этой поре она особенно прекрасна. Какое там правильное слово – спелость, зрелость?.. Другими словами – итог всего года трудов перед нашими глазами.
М6 «Каспий» трудится не переставая. Приходится делать много перестроений. Тут надо быть особо внимательным. Начинаешь обгон через прерывистую, потом вдруг Т-образный перекрёсток – ответвление налево, естественно справа – сплошная, а там уж и встречная маячит фарами. Вот только предупреждающего знака об ответвлении не было. Откуда мне знать про эту дорожку налево? Только вижу после всех перестроений, что за нами из-за пригорка наблюдает бдительное око ДПС. Объясняемся… Они мне про сплошную, которую я всё-таки изловчился не пересечь, а я им про отсутствующий знак. В чем-то, смотрю, соглашаются, в чём-то – нет. Однако ребята нормальные, без привычного безапелляционного наезда. Результат – небольшой штраф. А мне наука…
Мы же проговариваем произошедшее и закрываем его, как прочитанную страничку. Сегодня нам предстоят дела поинтереснее – встреча с родственниками из Волгограда. Событие, безусловно, волнительное.
Непросто описать однообразие движения по переполненной трассе. К тому, что здесь происходит каждую секунду, привыкаешь быстро, но расслабляться нельзя ни на одно мгновение. Вот слева под откосом лежит вверх колёсами фура с арбузами. Кабина всмятку. Выжил там хоть кто-нибудь после такой аварии? У любого человека есть планы, мысли, радость ожидания… Только один миг – и нет больше ничего. Однако, несмотря на это, водители и путешественники живут полноценной жизнью именно здесь. Дороги – это артерии их жизни. Удивляют другие, безбашенные, летящие со скоростью под 180 – 200 км/час и дикими перестроениями и обгонами по обочине. Сказать бы им: не надо спешить туда, где все мы будем, но только по воле Божьей, а не по собственной глупости. В том есть большая разница. Только они всё равно никого не слышат. Ни людей, ни себя, ни даже Его…
Въехав в Волгоградскую область, становимся свидетелями метаморфозы, происходящей прямо у нас на глазах. Та же самая трасса М6, прекратив зудящий бег по Тамбовщине, в одночасье поменялась, превратившись в безупречную и гладкую в Волгоградской области… Будто кто-то нажал другую кнопку в этом отсчёте километров. Почему так?
На подъезде к Иловле, перед Волгоградом, начинаем созваниваться с Володей. Это его неожиданный звонок в прошедшем ноябре всколыхнув воспоминания, вернул многих из нашего окружения в послевоенное переселенческое прошлое села Владимирово в Калининградской области. Судьба распорядилась так, что живут они сейчас здесь, на подъезде к Волгограду. Мы едем сюда не только затем чтобы восстановить хронологию событий тех далёких дней, вспомнить имена и лица тех людей, но ещё за тем, чтобы не пропустить мгновения, когда начнёт строиться новый отсчёт времени. Володя ожидает нас на перекрёстке, под обыкновенным дорожным указателем с названием населённого пункта, на котором написано «Новая Надежда»… Прекрасное начало. Всё похоже на то, что открывается какая-то новая, незнакомая нам доселе страница. Поворот на Кузьмичи. Опытная семеноводческая станция.

                                                                                                                                 Хозяева земли

Ворота открыты, нас ждут…Моложавый мужчина с лучистыми глазами представляется – Николай Алексеевич. Ольга – хозяйка дома, как и положено, встречает у крыльца. Даже кошачье племя от любопытства рассыпалось по газону. Дальше всё как и положено в России… Обильный стол, заботливые хозяева, расспросы, разговоры… К нашей компании вскоре присоединилась тётя Нина, для Николая Алексеевича – Кысуня. Пошёл уже пятьдесят шестой год, как они вместе. Гонялся как-то молодой тракторист Колька по степи за сурками да встретил неожиданно свою судьбу на всю жизнь. Так и живут с тех пор вместе. Рядом – дети, внуки, родня многочисленная. Для каждого у них доброе слово найдётся, о каждом они вовремя позаботятся. Ольга, хранительница домашнего очага, их дочь. Она упреждает любое наше движение, постоянно что-то подставляет на стол, подкладывает закуски, фрукты. Обильный поток свежей родственной информации, сложившейся за много лет, непросто запомнить.
А застолье развивается по всем русским канонам. И вот над окрестностями уже летит звонкий голос гармошки. Песни, частушки, припевки… Николай Алексеевич – гармонист. Именно таким я помню их из детства – задорных, находчивых на слово, весёлых и добрых. Мало того, что Николай Алексеевич песенник, он ещё и поэт, и прозаик. К тому же, ещё какой! Да, жива Расея!..
Давно перевалило за полночь, а мы всё не можем наговориться вволю. Великолепное русское застолье… Долгое, обильное, богатое закусками, напитками, долгими разговорами и отсутствием спешки, от которой мы, дети нынешнего времени, прилично подустали. Настроение беспечного спокойствия очень скоро нашло себе место в наших разморённых от тёплого приёма душах. Незаметно и властно опустилась ночь… Таинственным образом на столе появились яблоки, груши, виноград, арбузы незнакомого сорта, напоминающие детский мяч. Для этого Ольге достаточно было, включив на террасе лампочку, выйти на пять минут на приусадебный участок. Такие фрукты не продаются в супермаркете, их дарит земля тем, кто трудится на ней не жалея сил и старания…
Засыпая, мы слышали негромкий свист какой-то ночной птицы, синее небо с бриллиантами звёзд смотрело в краешек окна. Южные ночи коротки… Ещё затемно проснулся петух, известив об этом мир, соседский пёс, несколько раз лениво тявкнув, затих. Я улыбнулся и уснул опять, воспринимая услышанное как часть сна, беззаботного и спокойного…
Утро случилось такое, будто начавшаяся накануне сказка, не закончившись, взяла да и продолжилась. Почему сказка? – Потому что вы можете припомнить, когда вас в последний раз встречали с гармошкой перед накрытым столом. То-то… Вот и я не припомню, а оттого так и говорю. Потом, как и положено в сказке, повёз нас богатырь знакомить со своей землёй… А там – поля без конца и края, грядки с луком, которые измеряются километрами. Им под стать зелень морковки за горизонт. Нам такого встречать не доводилось никогда.

30                                                                                                                     Как вам грядка?..

Здесь всё измеряется десятками и сотнями гектаров, многими тоннами урожая и не подлежащего измерению человеческому терпению и тяжелейшему труду.

31                                                                         Эталонный образец. Почему-то сразу захотелось стать зубастым кроликом.
«В чём сила, брат?» – спросил нас как-то с экрана Бодров младший.
Не расставаясь с вопросом, отвечу – «в земле вокруг». Это она кормит всех, даёт работу множеству людей, а они ей взамен – жизнь. И не разделить их никому и никогда. Ещё у земли долгая память. Даже через много лет то здесь, то там, напоминает она людям о той страшной войне тем, что забелеют где-нибудь по весне солдатские косточки на пашне или оставит на плуге след проржавевший осколок снаряда. На этой земле до сего времени вырастают свежие могилы с простреленными касками вместо надгробий. Здесь, на соседних кладбищах лежат русские и немецкие солдаты. Над ними православный крест смотрит на лютеранский. Они нашли своё примирение в этой земле, а ныне живущие народы похоже – нет…
Поля берут жизнь от рукотворных волжских каналов. Вода притягивает.
Оттого и селятся они неподалёку. Пересекаем канал и оказываемся в том самом посёлке Новая Надежда. Возле дома виноград, щадящая тень…

32

Хозяйка – Ольга, только теперь это уже сестра Володи.Я вот думаю… Если к имени хозяйки дома, которая нас сейчас встречает, добавить уже знакомую нам жену Владимира – Ольгу, а после, в их компанию включить мою супругу, соответственно тоже Ольгу, и в довершение всего, прибавить туда же мою сестру Ольгу Халтурину из Увата. Я в подобной ситуации могу загадывать любое желание. Точно сбудется… И не забудьте: Ольга, значит – Святая. Значит, и желание требуется соответственное.
А вот живёт нынешний сельский житель далеко от традиционного представления об этом. Хороший дом с модным интерьером, детьми и внуками, которые занимаются тхэквондо и ходят на фотосессии к профессиональному фотографу. Да и сама хозяйка не похожа на измученную тяжёлым трудом крестьянку. Такие чаще всего встречаются на бизнес-форумах, презентациях проектов и банковских сходках. Кроме того, она ещё большая любительница карибских омаров и отдыха в Доминикане. Только
крепко пустив корни, живут они здесь, на своей земле, и, похоже, счастливы от этого.
Солнце незаметно скатилось с верхушки дня. Пора отправляться домой. Сегодня соберутся все. Есть повод. У Николая Алексеевича – юбилей. Семьдесят пять! Дата значимая, а уж сам человек тем более. Нам понять это хватило одной встречи.
Лучи выстелили солнечную дорогу к вечернему кафе. После недолгих сборов началось торжество… Всё происходило степенно, по какому-то давно сложившемуся правилу. Одно было понятно сразу: мы оказались внутри большой семьи, где все не просто знакомы. Они знают друг друга с самого рождения, с детства. Те, кто старше, вспоминают посиделки с гармошкой в клубе. Другие помнят рождение не увядающей поныне рок-группы «Тихий омут», основателем которой и гитаристом долгие годы был Владимир. Не поленился в своё время, окончил для этого консерваторию. Вот вам и труженик земли, которому знакомы все сельские профессии – полевод, тракторист, механизатор, комбайнёр, кузнец с консерваторским образованием. И это далеко не всё. Стоит у него дома в гостиной «Marshall» со множеством примочек да номерная гитара «Gibson Les Paul Standard» из-за океана в кожаном чехле терпеливо дожидается, когда хозяин закончит уборку урожая.

Пару десятков лет назад, всё было по-другому. Променял тогда рок-музыкант свою гитару на два плуга да и начал совсем другую жизнь. Только музыкантов прошлых тоже не бывает. Музыка для таких людей не просто существует в окружающем мире, она живёт в них. Так что купил тот рок-музыкант через много лет великолепный инструмент, взамен проданного в тяжёлые годы, хорошую акустическую систему. Потому время от времени будит он сельские окрестности тяжёлым роком или «Smoke on the Water» – Deep Puple, от которого стёкла в доме, мягко говоря, раскачиваются.

Застолье тем временем сформировалось. Все заняли места. Юбиляр – в центре, в окружении домашних. Идёт какой-то независимый отсчёт времени, как перед стартом. Кнопку веселья нажала черноглазая напористая тамада и не выключала её до конца веселья. Одну за другой, не давая передохнуть, перелистывала она всё новые и новые страницы, вынимала всё новые и новые закладки, будто верстовые вехи из жизненного пути юбиляра. И песни, песни… Все радостно, даже как-то самозабвенно танцуют, подпевая оркестру. А песни все – наши, откуда-то из позабытых слоёв памяти.

Я уже и не надеялся, что когда-нибудь доведётся очутиться в столь фантастическом измерении времени, где бережно хранят эти песни и мелодии. Веселье задорной каруселью кружит вокруг, больше и больше вовлекая всех в свой хоровод. Вот уже и юбиляр, не выдержав, подхватывает гармошку. В его руках она запела, зазвенела, созывая на частушки, задорные
припевки… Дама с озорными глазами каким-то песенным вариантом призывает гармониста…
– Николай Алексеевич! Давай нашу!

33                                                                                                                                 Юбиляр не усидел

И он даёт так, что от весёлого перестука каблуков кровь в жилах вскипает.

34                                                                     Презентация книги. По правую руку – пресс-секретарь по имени Кысуня
В какой-то момент все затихают, рассаживаются по местам. Начинается событие не совсем привычное для юбилея любого масштаба…
Николай Алексеевич презентует свою вторую книгу стихов и воспоминаний. Каждому гостю – особое уважение и персональный автограф. В книге рядом – житейская философия и добрая ирония о друзьях, близких, родных. Она об их молодости, минутах всеобщей радости, иногда – разочарований. Ещё одна сказка рождается прямо здесь, на наших глазах. Почему? Потому что не припомню я таких презентаций. Мы в союзе писателей вымучаем какую-нибудь книжицу, напридумываем героев да сюжетов позатейливее и рады. После продвигаем материал, убеждаем читателя, что интересно. Нам бы давно отучиться убеждать, а начать писать интересно, как Николай Алексеевич, которому чужды ненастоящие фамилии и фантазии. Сам он и люди, которые его окружают, герои его произведений, а жизнь – сюжет невыдуманный. Пиши, Николай Алексеевич, с удовольствием почитаем. Гости в свою очередь тоже в долгу не остаются, поздравительные речи говорят, долгих лет желают, счастья… Люди в основном простые, но слова говорят проникновенные и до тёплой волны в сердце приятные глубиной и душевностью. Смотрю я на каждого из них, а перед глазами поля бескрайние, которые, не будь этих людей, давно бы превратились в степь с колючками. Перед нами не просто люди, это суть русской земли.
Однако праздник никто не останавливал. Он шумит вокруг, разливается здравницами в честь юбиляра. Выпивают все, но не более чем это требуется для веселья. Сколько мне довелось увидеть за свою жизнь откровенно и шумно пьяных немцев, расплывшихся от водки финнов, колобродных поляков. Здесь же всё понятно сразу. Ни один из присутствующих даже не качнётся, не унизится до того, чтобы позволить напиткам взять верх над собой. Стать у этих людей другая – русская.
Так «в чём сила, брат?» – вновь невольно всплывает вопрос.
– В людях… В их простой и сдержанной внутренней силе.
Отчего, думаете, фашист дальше этих полей пройти не смог? Да потому, что победить этих людей не сможет никто и никогда. Живут они на своей земле и никому не позволят изменить этот сложившийся порядок.
Только в зале начались какие-то необычные приготовления. Как будто представление какое-то готовится. Экран полупрозрачный поставили, дымы театральные напустили. Гаснет свет, и начинается лазерное шоу. Не знаю, удивились вы или нет, мы с Ольгой – точно. Великолепная электронная лазерная графика – жизненный путь от тракториста с гармошкой до директора Дома культуры, участника программы «Играй гармонь», поэта, песенника и просто удивительного и лучистого человека со своей спутницей жизни – Кысуней. Устроила всё внучка их, Олеся. Красавица с подиумной внешностью, молодым чубатым мужем и двумя великолепными дочурками, которые неотступно следуют за ней. Они – крупные землевладельцы с богатым хозяйством, полями, хранилищами, озёрами… Нам между Олесей и любой из звёзд Голливуда различий найти не удалось. Разве что наша воспитаннее да умнее и с душой, открытой для истинного добра.

35                                                   Часть большой семьи: Ольга, Александр, Ольга, Владимир, Ольга, Наташа, Оксана

За столом напротив – старшая из всей семьи Воробей – Наташа и самая младшая – Оксана. Очень скоро разговорились. Наташу увезли из Владимирово в четырнадцать лет. Она много что помнит из той послевоенной жизни. Оксана родилась уже здесь. Жизнь безжалостно и неразборчиво бросает людей по всей земле. Хотя, может, это люди, желая найти место под солнцем, не оставляют землю в покое.

Я, например, встретил здесь Сергея, с которым служили в одной дивизии в Забайкалье, на станции Оловянная – 3. Вероятность – под стать иголке в стоге сена. Однако ведь встретились. Бывает же… Все казармы, КПП, чайные и столовые вспоминали до полуночи.

Закончился юбилей так же торжественно, как и начинался. Гости расходились счастливые от общения, приятно проведённого времени, воспоминаний. Подъезжали дорогие авто. Мы обнялись на прощание с Наташей, Оксаной и вместе с четой Воробьёв отправились вдоль аллеи, между садов и акаций, освещённых осколком луны на утыканном звёздами глубоком южном небе.
Ночью непривычно хрипло прокричал один раз петух, лениво тявкнул соседский пёс. Мир вокруг спал…
Утро наступило яркое и непривычно жаркое. Сегодня знакомство с Волгоградом. Езды до него – десять минут. Движение спокойное, без пробок, что достаточно непривычно для большого города. Зверёныша оставляем на площади напротив речного вокзала.

36                                                                                                   Волгоград. Речной вокзал уже виден?

Идём по направлению к набережной. Только в какой-то момент понимаем, что шагаем по земле, где каждый метр реально полит кровью, много раз перемолот металлом, выжжен огнём. И всё ради чего? Чтобы опять здесь, на клумбах, росли цветы и по тенистой аллее шли в этот день мы, а не завоеватели. До чего же всё просто… Только дорогую цену заплатили мы за эту простоту. Сколько, интересно знать, лет потребуется для того, чтобы начать воспринимать произошедшую трагедию как статистику. Для нас она трагедией останется навсегда. И для тех, кто младше нас, и для их детей тоже. Тогда как для многих в мире те, 28 миллионов погибших, уже сегодня – неудобная цифра, которую лучше не вспоминать. Они даже иезуитский шарж могут нарисовать по этому поводу в своём европейском журнальчике. Ведь рано или поздно каждого спросят его: «Расскажи, человек, как ты жил и много ли сделал добра? А зла и подлости?..».
Мы же находясь на этой земле понимаем – Волгоград великий город.

37                                                                                                                  Лестница к набережной

38                                                                                              Штурман похоже опять неплохо устроился
Волжская набережная бурлит своей сегодняшней жизнью. Корабли, кораблики, теплоходы, скоростные катера для прогулки – выбирай. Размещаемся на борту комфортабельного прогулочного теплохода и отправляемся на обзор города, Мамаева кургана с Волги. Величественная скульптура Родина-мать, безусловно, впечатляет. Недалеко от её подножья, на самом берегу Волги, строится футбольный стадион «Победа» к ЧМ 2018.

39                                                                                           «Пароходы белые…» или ещё один хороший день
После водной прогулки, конечно, на панораму. На оружие посмотреть с детским любопытством, помолчать благодарно возле расстрелянной мельницы. Великий город, великая земля, великие люди, отстоявшие его.
От центра Волгограда до опытной станции в Кузьмичах – двадцать минут. Вечер… Я наконец-то добрался до той самой, великолепной гитары.

40                                                                            Тем временем… «Три девицы вечерком собрались в саду тайком…»

41                                                                                                     Кабы я была царица.., — говорит одна девица
Я между тем от души сотрясаю стены дома великолепной акустикой, чем похоже никого не удивляю.

42

Здесь к таким громкостям похоже давно уже привыкли. Какой гриф!.. Тяжёлая дека – свидетель принадлежности к элитной касте инструментов. А тембры?.. Сколько в них обертонов, глубины, таинственной недосказанности. Помню, как много лет назад мы старательно прививали эти способности нашим самодельным «доскам». Именно так, на сленге прошедших лет называлась электрогитара.
Играю Гершвина, Эллингтона, Битлз… и понимаю – меня здесь нет. Я там, в патлатой молодости, узких брюках, Битлах, Роллингах, чёрных очках – колёсах… Даже воздух вокруг поменялся. Я вижу сцену, чувствую запах перегретых софитов, звук басового «Маршала» за спиной. Тревожащими сердце картинами мелькают различные залы, сцены, рестораны, танцплощадка в Александровском саду Тобольска.
Удивительная штука эта самая жизнь. Всё в ней может быстро поменяться. Через какой-то час, перейдя через двор, оказываемся в русской бане с парной и дубовыми вениками. Как здесь всё продумано, удобно, чисто, какая правильная каменка, а соответственно и дух разогретого дерева, взбодрённый натуральным пихтовым маслом. Небесное состояние… Парильщики меня поймут. После, коснувшись спиной прохладной простыни и раскинув в стороны руки, проваливаюсь в невесомое состояние…
А стол уже ждёт… Шашлык по Володиному рецепту, Ольга хлопочет с закусками. И опять разговоры, воспоминания, новые страницы из прошлой жизни… Засыпая, мы знали: в четыре утра, не разбудив никого, прокричит петух, после лениво тявкнет соседский пёс, звёзды таинственно блеснут на южном небосклоне. Так всё и случилось…
Утро. Лёгкая грусть от расставания с прекрасными людьми, но пора в дорогу. Зверёныша загрузили арбузами, дынями, помидорами, яблоками, грушами. Видя наши сборы, он, похоже, приободрился от предстоящей дороги. Вся родня собралась нас проводить. Прощальным аккордом гармошки звучит «Прощание славянки». Здорово…
Устраиваемся по своим местам. Я за руль, штурман – справа. Солнце спешит в зенит. Привыкшее к нам серое кошачье племя вслед за всеми тоже вышло проститься. Пора…
Проезжаем уже знакомую площадь в центре посёлка. Слева от дороги храм переливается светом золотых куполов.

43                                                                                                                            Храм у дороги
Здесь долгие годы был пустырь, теперь же православный крест вознёсся к небесам…
– Так «В чём сила, брат?» – спрашивает меня опять кто-то.
– В вере, – звучит ответ в колоколах храма. Это она благословляет людей, живущих на этой святой земле, покровительствует их делам и добрым помыслам…
Не получилось у меня одним словом ответить на этот непростой вопрос. Только если спросит меня кто-нибудь опять: «В чём сила, брат?..». Не задумываясь отвечу – «В Людях, Земле и Вере…».

День тринадцатый. 4-е сентября.
В Лермонтовскую ссылку – Пятигорск.

 

Этим утром Волгоград не спешил с нами расставаться. Не менее семидесяти километров, переезжая из полосы в полосу неторопливо выезжаем за город. Ушёл на это почти час. Маршрут прорабатывали накануне. Навигатор уверенно прописал его через Элисту – столицу Калмыкии. Где-то внутри приготовились к сюрпризам. Однако дорога, обычная двухполоска, вполне приличная. Через час – полтора крупный пропускной пункт ДПС. После него что-то едва заметное изменилось на трассе. Что? Сразу даже непонятно. Наконец всё стало ясно. На дорожных указателях, в названиях населённых пунктов появилась дублирующая надпись восточной вязью. Понятно, мы в Калмыкии. Картина вокруг изменилась до неузнаваемости. Выгоревшая степь, пересохшие балки, пучки перекати-поле… Населённые пункты – редкость. Возле них обязательно пост ДПС. Полицейские, исключительно в белых рубашках. Здесь у них всё под контролем. Только заканчивается населённый пункт, а за ним – пустая до самого горизонта дорога. И ни одной камеры… К тому же дорожное покрытие приличное. Легко и приятно от такой езды.
Вдруг справа, за одинокой приземистой кошарой, смерч. Настоящий… Такие в фильмах ужасов показывают. И вот он не спеша буквально на наших глазах начинает свой зловещий танец, набирая в каждое мгновение силу. Вскоре тело его вытянулось, в небо полетели колючки, какие-то ветки, палки… Давлю на газ, смерч остаётся в стороне. Буквально пролетаем километров двадцать и видим справа, под темнеющим небом, тела ещё трёх извилистых монстров, начинающих свой хищный танец. Становится жутковато. Хорошо, что дорога пошла вниз, к пересохшим каменистым балкам. Попав на изъеденную оврагами степь, смерч нехотя рассыпается. Через полчаса апокалиптическое природное явление остаётся позади. Слева и справа от дороги бродят стада поджарых красных коров с острыми и достаточно хищными рогами. Думаю, волки их точно побаиваются.
Ещё сегодня утром был большой город, гуща людей вокруг, машин…

44                                                                                                                        Безмолвие
И вдруг – практически безжизненная степь. Однако нет… Вот калмык ведёт верблюда, меж горбов – ребёнок, поодаль – юрта. Пейзаж, на котором остановилось время. Каким было это небо тысячу лет назад, пять тысяч.
А может быть времени просто не хочется меняться и оно ждёт, пока поменяемся мы.

45                                                                                   Не постановочный кадр, но сколько в нём свободы
Заезжаем на заправку купить воды. Я полагал, что колонки с циферблатами и механическими счётчиками-колёсиками давно ушли в прошлое. Оказалось – нет. Тогда, может, это мы каким-то образом вернулись в прошлое? Нет, похоже… Расплачиваюсь за воду пластиковой карточкой через терминал. Хочется даже встряхнуть головой. Народ местный открытый, разговорчивый. Все улыбаются, на номера наши показывают, головой качают удивлённо. С кем- кем, а с ними мы одной крови – кочевой.
– Что вы забыли здесь, в калмыцких степях? – спрашивают.
– Интересно посмотреть, как вы тут живёте, – отвечаем мы.
– Вы приезжайте весной, когда тюльпаны зацветут.
– Приедем…
– Послушай, вот вы из Калининграда?
– Да, – киваем мы.
– Значит, корветы «Эссен» и «Григорович» это вы построили? – спрашивает грузный мужчина в потёртой кепке.
– Мы, – отвечаю я с гордостью за всю область.
– Молодцы!.. Вот, посмотрите сюда.
При этом он уверенным движением поставил впереди себя скромно улыбающегося паренька.
– Это мой брат, младший…
– Понятно, – вторим мы.
– Ты понимаешь, он моряк. В Севастополе служил. В кораблях толк знает, поэтому хочет служить на том корвете. Собрался ехать обратно в Севастополь морскую службу продолжать.
Мы, конечно, слегка опешили. Вот тебе и безлюдные калмыцкие степи, вот тебе и люди и вопросы… И какая мне разница, из какой бензоколонки заправляться, с электронным счётчиком или механическим. Главное-то совсем в другом…
Несколько часов наш путь пролегает через Калмыкию, а степной пейзаж не спешит меняться. Только вдруг я понял, что когда-то мне всё это уже доводилось видеть. Но где? Вспоминаю… И тут всё становится понятно – да, это же Забайкалье… Ковыльные бурятские степи, речка Онон, Верхний и Нижний Цасучей, Нерчинские рудники, дацаны с красными воротами у дороги. Наша память цепко держит всё, о чём, ты полагаешь, позабыл давно.
Средина дня, зной… Передохнуть бы немного, ноги размять. Видим, за деревней, несколько сот метров от дороги дерево в степи. (Большая, скажу я вам, редкость). Подъезжаем – тень, прохлада, ветерок лёгкий. Можно даже кофе выпить. Смотрим, собачка под деревом сидит. Кормим её тем, что есть. Она ест, только всё время облизывается. Может, пить хочет? Наливаем воды в банку. Пьёт жадно… Наливали полную банку три раза. Наконец напилась. Хотя выглядит пёсик вполне даже справно. Понятно, мы за день не первые, кто здесь останавливается. Каждый в этом мире приспосабливается жить, как получается. Вот и собачка додумалась приходить к этому одинокому дереву. И надо сказать, не напрасно.
Вдоль дороги то здесь, то там юрты с привязанными лошадьми, верблюдами, сверху вниз смотрящими на мир. Дацаны с красными колоннами ввергают нас в какой-то труднообъяснимый ступор. Не так далеко было утро, золотые купола православного храма, теперь же буддийские святыни вдоль дороги сопровождают нас. Судя по указателям, скоро Элиста. Какая она, интересно?.. Вот уже слева показались обычные для любого города высотки. Микрорайон небольшой по меркам столицы, он, похоже, и последний, поскольку с возвышенности Элиста как на ладони. Остальная часть города – невысокие дома, добротные коттеджи. Улицы пустынны. Может, оттого, что середина дня и нещадно палит солнце. Ограничение скорости 40 км/час, разгоняться не стоит. Да и ни к чему. Всё интересно, как-никак другой мир. Элиста чем-то напоминает северные провинции Китая. Много живого красного и зелёного цветов в раскраске домов, строений, каких-то вывесках, рекламных щитах. Мне так и хочется сказать первым встречным: «Привет, россияне!». В понимании всего мира образ России давно сформировался. Только это не совсем так. Образ наш многолик. И в том сила. Известно ли вам, что в Великую отечественную войну была сформирована отдельная калмыцкая кавалерийская дивизия на верблюдах. Её-то враги и называли Дикая дивизия. Страху на фашистскую пехоту нагоняла она невиданного. До Берлина дошла. Так-то вот… Такова наша общая история. Её помнить надо.
Не более чем через час всё вокруг поменялось. Солончаки исчезли, на смену им замелькали опять бескрайние поля. Ба.., да мы ж уже в Ставропольском крае. Солнце жарит прилично, но трактора, люди – все в поле. Кто пашет, кто дискует, кто солому тюкует. А поля все разноцветные жёлтые, синие, розовые, чёрные. Красиво…
Ближе к вечеру длинными спусками и подъёмами обозначились первые признаки предгорий. Небо ближе к вечеру потемнело, начал накрапывать дождь, который вскоре превратился в сильный и долгий ливень. Сквозь его пелену какими-то едва заметными очертаниями стала просматриваться гора, за ней другая. Навигатор пишет – до цели 90 км. Дорога выглядит непривычно тем, что не лезет в горы, а вьётся в долине меж этих исполинов. Сами горы с вершинами в облаках выглядят неприступными. Они какими-то завораживающими великанами рассредоточились на почтительном удалении одна от другой и со своей циклопической высоты наблюдают за суетящимися в долине разноцветными жестяными коробочками, внутри которых люди. Слабые и беззащитные.
Навигатор от каких-то одному ему известных магнитных полей или чего-то ещё упорно вместо Пятигорска пишет Минеральные воды, однако название улицы указывает из Пятигорска. Первая попытка решить вопрос по дорожному указателю стоила нам дополнительных 60-ти километров. Со второй попытки прибываем в Пятигорск. Гостиница расположилась на улице Ипподромной, называется соответственно – «Дерби». Весьма милое место с огороженным внутри двориком и парковкой. Вот только тем, кто любит тишину, рекомендуем выбирать номер окнами во внутренний дворик. Гостиница небольшая, новая, с хорошей мебелью, дорогим постельным бельём. Живёт скачками. Ипподром рядом. Персонал не прячется за стандартными улыбками. Все с нормальными, гостеприимными лицами и желанием решить любой вопрос. Девушку на рецепшене зовут Света. Она из Хакасии. А вот её коллега восемь лет жила в Калининграде. Совпадение?.. Очевидно, да. Мы этим днём фуру встретили, нашу, 39-й регион. Перемигнулись. Приятно встретить земляка. Откуда ты, парень? Из какого города? Может из Советска? Совпадение в нашей жизни не редкость. В Сочи, на встречу с нами летит Шурик Захватов – мой институтский товарищ. Он из Минусинска, а это, ни дать ни взять – Хакасия, откуда Света с рецепшена. Получается, наша жизнь кем-то спланированная закономерность, со всевозможными случайностями и совпадениями. Присмотритесь к своей жизни внимательнее, не пожалеете…

День четырнадцатый. 5-е сентября.
Пятигорск. Кисловодск.

 

«Брать» Пятигорск решили с легендарной горы Машук и не ошиблись. Скажу всем: пословица про то, что лучше один раз увидеть верна… В нашем представлении Пятигорск рисовался как небольшой курортный городок у подножья горы, богатый описанным много раз прошлым. Всё оказалось далеко не так.
Город, на самом деле, большой, величественный, яркий… До парка цветов доехали на Зверёныше, дальше пешком.

46                                                                                   Отдых перед тяжёлым подъёмом в гору по канатной дороге

Парк находится на частичной реконструкции, но всё равно всё очень здорово – цветы, каменные горки, фонтаны. Здесь мы наконец-то ощутили, что находимся на юге. Растения вокруг пышные, яркие, запахи сочные. Поднимаемся по улице в гору. Слева и справа санатории, а внутри – молчаливый народ с «измученным нарзаном» лицами и вымученной сосредоточенностью, требующей сострадания. В этом моционе отхода от минеральных вод своеобразная философия всех санаториев. Заключается она в следующем: санаторские должны обязательно внушить совершенно здоровому бугаю или резвой кобылке какую-нибудь заковыристую болезнь, при которой им просто необходимы лечебные минералы. А им бы встретиться поближе да задуматься над первоисточниками человеческих взаимоотношений (только без пошлости), любви бы курортной предаться. Глядь, а минералочка может быть и потребуется, но лишь за тем, чтобы промочить горло после жаркой ночи. А те, кому это не по душе, могут со скорбью на лицах глотать воду всех наперечёт номерных источников. Говорят, помогает.
Вот и канатная дорога на Машук. После начала движения в кабине становится тихо. Каждому приятно ощутить себя взлетающей птицей. Наверху горы достаточно много места: пара небольших кафе, шашлычная, сувениры, конечно. А ещё смотровая площадка, указатели городов на азимутных столбах.

47                                                                                                                        Отсюда виден дом

Сразу находим Калининград. По прямой – 2100 километров. Только у нас на спидометре Зверёныша уже 4000! Это, к слову, о тех, кому сто вёрст не крюк.
На вершине легендарной горы можно беззаботно погулять. Горные сосны шумят на ветру так же, как и много лет назад, тропинка вьётся по склону. По одной такой, сойдя с прогулочной дорожки, вышли мы на поляну, поросшую незнакомыми полевыми цветами.

48                                                                                                                            Мы все хотим летать

49                                                                                                   «Весь мир на ладони, ты счастлив и нем…»

Слева гора с пятью вершинами. От неё и взял своё название город. Внизу, бескрайняя долина, несколько деревень, стадо овец бродит среди лугов. Возможно, где-то здесь Лермонтов написал:
«А там уж и люди теснятся в горах,
И ползают овцы по злачным стремнинам,
Орёл, с отдалённой поднявшись вершины,
Парит неподвижно со мной наравне…»
Рядом – место трагической дуэли… Здесь не только погиб поэт, здесь закончился древний шотландский род Лермонт. Не верил до конца Михаил Юрьевич, что Мартынов выстрелит. Однако так уж случилось…
Спустились с гор, обедаем… Прекрасное кафе «Печорин». По нынешним меркам хорошее кафе – это не только изысканная кухня и персонал с улыбками. Это ещё приличный интерьер, кондиционер, отличный Wi-Fi, приятная фоновая музыка, фонтан…
Не успокоились, поехали в Кисловодск… Вообще-то планировали там и заночевать, но после того как по извилистым дорожкам прибыли в гостиницу и прошли в забронированный номер, ничего, кроме желания помыть руки и скорее покинуть это место, у нас не возникло. Ни гостиницу, ни подробности описывать нет желания. Очень плохо…
Не отступая от намеченных задач, едем на Курортный проспект. Цветы, пальмы, люди прогуливаются, горы в лёгкой дымке синеют за ухоженными домами. Красиво… Чего недостаёт? – Настоящей курортной жизни, с улыбками на лицах, запахом кофе, негромкими уличными музыкантами, художниками с мольбертами, какими-нибудь необычными инсталляциями, причём всё равно чего… Музыка из репродукторов, это безусловно ретро-штрих, который и без этого ложится как дополнение на сосредоточенные лица оздоравливающихся граждан. Может, оттого их сидение на скамеечках и напоминает очередь к зубному врачу?

50                                                                                                                    Кисловодская сказка

Наверное между значением слов санаторный и курортный существует не просто разница – пропасть, как между лечебным учреждением и танцполом.
Так что вернулись мы обратно в Пятигорск, в знакомую нам гостиницу «Дерби». Расстояние – пустяк, полсотни километров. Встретили нас как родных. Снова мы в чистоте и уюте. «Никогда не говори никогда» . Мы в этом убедились. Прощаясь этим утром, сказали сотрудникам гостиницы «до свидания», понимая, что вряд ли доведётся встретиться когда-либо с милыми людьми из «Дерби». Только вот ведь как вышло…

День пятнадцатый. 6-е сентября.
Дорога к морю.

 

Утро. Одинокими и неясными великанами в утренней дымке остались в стороне горы Пятигорска. Ехать до Сочи через Краснодар по федеральным трасам, как делают все, показалось нам несколько тривиальным. Поэтому в Армавире круто поворачиваем на юг и через милые южные города, не затоптанные туристами, направляемся к гряде кавказских гор. Дорога затейливо вьётся по склонам, устремляясь вверх, после срывается вниз, напоминая, что скоро Кавказский хребет. После Лабинска Майкоп – столица Адыгеи. Взгляд невольно отмечает едва видимые различия. Тонкая вещь – научиться чувствовать иной культурный слой. Осознание этого происходит независимо от нас. Видим, чуть-чуть другие дома, калитки, ворота, даже люди иные. Прохожих на улице немного – рабочий день. Вот только какие приятные и ухоженные улицы, любимые хозяевами дома в окружении цветов. Сама жизнь течёт здесь иначе, неспешно как-то. На выезде из Майкопа АЗС Лукойл. Заправляемся. Всё прилично, в стандарте компании. Рядом с дорогой – горная речка. Сейчас это всего лишь тонкий ручеёк по каменистому дну, но по отметкам ила на берегах виден уровень воды от последнего дождя. Впечатляет…
Тем временем очертания гор вырисовываются всё отчётливее. Дорога то и дело устремляется на подъём. Несмотря на это, неуёмные Лады – «Калины», «Гранты», «Приоры», а то и пятёрки, которым по любым расчётам не менее двух десятков лет, не просто проносятся, пролетают мимо. При этом они все почему-то сигналят. Кто коротко, кто протяжно… Почему? Одно слово – джигиты… Горы, между тем, становятся всё выше, спуски круче. Вскоре отвлечься от дороги, чтобы кинуть взгляд в сторону, даже на мгновение уже не представляется возможным. Глухие повороты, серпантины меняют один другой. Если на Урале, который мы переваливали в прошлогоднем путешествии через Пермский перевал, есть уширения для грузовиков, куда они уходят вправо, пропуская тебя, то здесь такого нет. Так что если подъём, там, естественно, сплошная. Обгонять не стоит. А если впереди грузовик какой-нибудь дохлый? Будешь ползти за ним и дышать выхлопами. Поэтому, если есть возможность, завершайте обгон до подъёма. Однако в горах это сделать не всегда просто. Тогда уж лучше приотстать. А тут джигиты слева на «Ладах». Эти обгоняют всегда и всё, что движется, даже если это самый обыкновенный трактор с прицепом. И даже его они обгоняют с каким-то подчёркивающим шиком, не обращая внимания на сплошные и прочую разметку. Хотя в таких условиях это больше напоминает самоубийство. Мы же полагаемся на нашего Зверёныша. Как он держит повороты, какая точная коробка, двигатель, с его 450н/м даже не напрягается. Расход топлива в горах не увеличился. Второе большое путешествие совершаем мы на нём. Как и каждому водителю, который любит машину, мне с ним легко «и на горке, и под горой». Хотя мы уже довольно далеко забрались в горы. Скалы свисают угрожающе слева, речушка облизывает камни в ущелье. Не редкость – небольшие деревни, отдельные дома в горах. Странно, но очень редко встречаются люди. Где они все?
Горная дорога неширокая, но ехать можно. Скорость упала до 30 км/час. На большом развороте – площадка, можно отдохнуть. Женщина торгует персиками. Останавливаемся, покупаем. Настоящие… Похоже, только из сада. Этот непередаваемый вкус они будут иметь именно здесь, всё остальное, где бы оно ни случилось, подобие этого.
Долго едем по ущелью, встречаем небольшую деревню. В конце крайней улицы надпись: «Шаумянский перевал»… Ну что? Вот и кульминация. Не подведи, Зверёныш!.. Колёса захрустели щебёнкой, дорога резко рванула в гору. Навстречу нам буквально из-за первого поворота смело выруливает «Газель». Её слегка заносит, и она невольно уходит в слишком широкий поворот. Гравийка будто гололёд. Однако за поворотом начинается самое неприятное. Из-за пыли, которую оставила «Газель», ничего не видно. Начинаю ориентироваться по правому краю дороги. Но стоило мне кинуть взгляд чуть дальше каменистой кромки, а там всё… Сами понимаете, донышко ущелья в синей дымке, со всеми вытекающими.
Сразу мой совет начинающим водителям: не смейте соваться сюда, пока не получите многолетнюю практику. Ограждений на перевале нет, как и дорожных знаков, кроме самых необходимых. Всё дело в том, что перевал вроде как бы есть, но его официально в то же время нет. Так что подумайте хорошо… Навигатор, например, через него маршрут прокладывать отказался, настойчиво отправляя нас через Краснодар. Тогда мы достали карту…
Прямые участки на подъёме отсутствуют как таковые. Вот из пылевой завесы выныривают Буханка и «УАЗик», следом за ними Жигуль с диваном на крыше. Нет, ну понятно. Купил джигит диван, не заказывать же доставку в аул, всё равно не поедут. Мужчина должен решать всё сам. Вот он и решает. Пыли от них прибавилось ещё. Видно всё хуже и хуже. Включаю дворники «на сухую». Видимость вроде бы стала лучше, но ненадолго. На встречную, точнее сказать левую сторону дороги – ни-ни!.. Ни в коем случае. Только что из клубов пыли выскочил мотоциклист на байке (по звуку, похоже, «Харлей»), за ним – второй. Шлемы замотаны каким-то платками. Им сейчас точно нелегко, но это не значит, что плохо, а как раз наоборот. Эта публика из той же ненормальной породы, что и мы. Таким не сидится дома. Всегда относились и относимся к байкерам с уважением, кто бы чего ни говорил. Моя жизнь на колёсах тоже начиналась с мотоцикла – послевоенного, отцовского ИЖ-49 с дублёром переключения скоростей на баке справа и не убиваемом мотором, который работал на этилированном АИ-56 красного цвета, (пятьдесят шесть – это октановое число). Какие у него были сёдла с пупырышками из какой-то вечной резины, которая не боялась ни дождя, ни мороза. Хотя была ещё версия с решёткой вместо заднего седла. После, уже «ИЖ-Планета», родившаяся по видимому под девизом: «лучшее – враг хорошего». Только она меня тоже не подводила, напротив выручала крепко много раз. Правда посадка на нем была излишне высокая, как на маленькой лошадке. Всё с тех пор поменялось, а любовь к дороге осталась.
Вот только непонятно, отчего же пыли становится всё больше и больше? Вскоре всё стало ясно, когда под острым углом пошли на очередную скалу, потому что едва не упёрлись в задний борт самосвала. Я даже знаю, что их два, и они рыжего цвета. Они ушли на перевал, когда мы покупали персики. Что скажешь? Попали… Будь я поумней, как сейчас, точно постоял бы в долине ещё минут двадцать, персики доел бы спокойно. Приотстать или остановиться не получается. Сзади какой-то шустрый белый джип, за ним ещё и ещё. Хотя о чём это я, здесь все машины белые от пыли. Терпеливо скользя левым глазом по скале, а правым по краю обрыва, тащимся за самосвалами. Всё бы ничего, но большие камни срываются из-под колёс грузовиков и летят навстречу. Неприятное, надо сказать, ощущение. Только бы не в радиатор или лобовое стекло. А что делать?.. Уворачиваемся, как можем. Хорошо, что установили стальную защиту картера.
После тяжёлых километров подъёма, чувствую, дорога переходит в горизонт. Пыль слегка присела, впереди замаячила свободная площадка. Оо!.. Да это же вершина перевала. Справа памятник в виде меча и надпись: «Кто с мечом к нам придёт, тот от меча и погибнет». Назидательно, для тех у кого есть память… Только вдруг отчётливо нарисовалась в моей голове линия фронта… От Заполярья до Кавказа. Через Москву, Орёл, Сталинград… Какая же это была война!.. Масштабы её до сих пор в голове не укладываются. Хорошо, что люди хранят память о ней.
Наши попутчики – самосвалы проехали вперёд, и тоже остановились на площадке. Побелевший от подъёма Зверёныш отдыхает, но недолго. Чтобы опять не оказаться преследователями пылящих железных монстров, начинаем спуск. Видимость пока нормальная. По крайней мере предстоящий поворот видно заранее. Навстречу ползёт груженный кирпичом видавший виды ЗИЛ-131 с потрёпанными бортами. Опять старая песня – пыль. К ней добавляется ещё проблема – щебень. Под уклон и на поворотах чувствую, как не сразу происходит торможение. Камни катятся после этого вперёд, срываясь в ущелье. Адреналина больше чем нужно. Встречные машины, глухие повороты, сносы… Говорю Ольге: «сними на планшет вид справа». «Не могу – отвечает она, страшно, там обрыв…», и замолкает. Километр за километром накручиваем спираль дороги и почему-то с сожалением ждём её окончания. Странно устроен наш брат – путешественник. Дай ему, что полегче, и он обязательно захочет туда, где труднее. Вот, кстати, и начало асфальта. Прощай, Шаумянский перевал! Ты навсегда в наших сердцах. Через пять – семь километров город Шаумян. «По логике вещей, – говорит Ольга, – здесь должна быть мойка». Не проехали и ста метров, вывеска «Мойка машин». Такова она, женская логика. Пятнадцать минут, и у Зверёныша опять цивильный вид.

51                                                                                            Перевал остался позади. Впереди речка Цыпка

О перевале напоминают лишь две достаточно глубокие вмятины от камней на задней правой двери да тянутые царапины в нижней части переднего бампера. Получив незначительные ранения, он в очередной раз не подвёл.
У нас же после этого началось настоящее купание в наслаждениях от хороших горных дорог, которые то уносили нас куда-то вверх, буквально к небесам, где парят птицы, то зажимали в прохладе ущелий с отвесными скалами. Влево и вправо от шоссе в горы ответвляются каменистые дороги. Там живут люди.

Примерно через полтора часа заводскими строениями и трубами НПЗ вероломно объявился Туапсе. Он немедля принёс с собой подзабытые прелести цивилизации – суету и пробки на дорогах. Ситуация до боли привычная. Четыре полосы переходят в три, три в две, две в одну. Результат – два часа толкотни практически на месте. К тому же время неудачное – конец дня.
Тем не менее серпантин дороги постепенно раскручивается. Вот уже справа мелькнуло оно – синее море. Покрасневшее солнце прячется в сизую дымку на горизонте. По-южному быстро стало темнеть, зажглись фонари. Курортный маршрут, ярко освещённый и резво убегающий вперёд, несколько непривычен для одичавших в горах путешественников. Сочи сияет, переливается огнями, не хуже Вегаса. Вот мы и прибыли.
Практический совет: учитывайте, что 1км. горных дорог = 4-м км. равнинных. Из наших почти 600 км. сегодняшнего дня половина – горы. Займитесь слегка арифметикой. «Многовато получается». Так что, как говорят спортсмены, – «наелись»… Гостиницу проходим на автопилоте: бронь, номер, душ, еда (не вспомнить какая) и кровать!.. До встречи утром.

День шестнадцатый. 7-е сентября. Город Сочи.
«Всесоюзный здравница, понимаешь!» –
т. Саахов, «Кавказская пленница».
Один большой день длиной в шестнадцать.

 

Выпав в одночасье из бурного круговорота дней на пляж, невольно задаёшься вопросом: с какой это, интересно знать, стати такое количество совершенно здоровых людей ничего не делают?». Кроме того, даже движения у них какие-то уж слишком замедленные, а взгляды ленивые, будто у однозвучных глазастых зверьков из джунглей. Весь наш привыкший к движению внутренний мир сопротивляется этому, требует движения, действий… Вот только со временем в голове невольно начинает вращаться диалог их кинофильма «Женитьба Бальзаминова» между Мишенькой Бальзаминовым и вдовствующей особой в исполнении актрисы Мордюковой:
– Чем вы занимаетесь? – вопрошает она.
– Ничего не делаю, – отвечает Бальзаминов.
– Давайте вместе ничего не делать… – звучит её томное предложение.
Значение произнесённых много лет назад слов вскоре начинаем понимать и мы. Такое состояние можно назвать наслаждением средой обитания. Представьте себе… Испепеляющий диск солнца, синее море у самых ног, ласковая тень под зонтом, изредка налетающий бриз… И всё это сконцентрировано в точке нашего пребывания. Так что будем лениво пребывать в этом ленивом состоянии, поскольку нет смысла ещё раз описывать испытанное каждым ощущение от встречи с морем.

52                                                                                                               «Утомлённое солнце…»
Да вот ещё… Из-за навалившейся неги и всякого рода приятностей записи буду вести отрывками, на которых удастся сконцентрироваться… Много не обещаю, лень своим мягким телом наваливается всё увереннее.
Утром, до выхода на пляж, занимались тем, что щёлкали кедровые орешки. Кроме того, вчера вечером ели солёные белые грузди со станции с удивительным названием Сон, в Красноярском крае. А всё оттого, что накануне прилетел Шурик Захватов из Минусинска. Плюс к этому малиновая настойка от Ольги из Волгограда, кубанские арбузы. Всю землю обнять невозможно, однако мы пытаемся.
                                                                                                                                ***
Очередной день у моря.., бархатный сезон. Обед… На пляже остались мы одни-одинёшеньки. Коренастый спереди и сзади народ, побросав полотенца, умчался отъедаться отбивными и котлетами с подливой. Море шуршит еле слышно, высохшая морская соль оставляет точки на наших телах.
                                                                                                                                ***
Адлер, речка Херота (ударение поставьте сами, его на указателе нет), только за речушкой совсем не то, что сейчас прозвучало… Там – фантастические тоннели и мосты, Красная поляна на горном склоне, Роза-хутор с трамплинами и подъёмниками и неземной красоты Олимпийский парк на берегу моря.

53                                                                                                                   По окрестностям Роза Хутор

                                                                       На этих склонах кипели олимпийские страсти. Слева – лыжный трамплин.

 

 

54                                                                            Сумерки. Олимпиада по-прежнему живёт в этом городе у моря

***
На пляже… Согласно теории Дарвина много тысячелетий назад люди распрямились. Однако смотрю на нынешнюю человеческую поросль, а она гнётся обратно. Животы сгибают народ к земле. Причём, всех: и мужчин и женщин. Редкостью стали эдакие длинноногие афродиты, выходящие из морской пены. А безобразные пузо – это всё от бесконтрольного вскармливания себя любимого, а ещё пиво, диван, телевизор или сети. Ну и, конечно, кусочек пирожного в полкило. Сложная и малоизученная вещь – генетика, а влияют на неё такие прозаические вещи, как диван, тортик, ну и лень, конечно.
                                                                                                                                       ***
Возвращаясь ко вчерашним рассуждениям, обнаружил, что появилась нынче на пляже, буквально из морской пены Афродита. К тому же одна. Правда, её феерический апогей тоже слегка в прошлом, но всё равно хороша: златовласая, длинноногая, без целлюлита и живота. Бюстгальтер от купальника вольный, сексапильный, с игривыми цветочками. Узкие трусики призывно открывают упругие ягодицы. Не дама – голодная львица, готовая к прыжку. Мужские особи вокруг заметно оживились, втянули животы, плечи расправили. Только напрасно. Шлейки невидимых поводков от супружниц натянулись незаметно и жёстко. Так что орлиные мужские взгляды вскоре погасли, упёршись обречённо в шуршащую гальку… Окончен сюжет, но не окончена охота. Хищница всё равно найдёт себе на ужин добычу, чтобы безжалостно порвать её страстью, зреющей здесь, в жарком затишье пляжа.
                                                                                                                                      ***
После захода солнца горы темнеют. На их фоне выжженные солнцем дома продолжают какое-то время светиться и излучать тепло.

55                                                                                                               Вечер «в краю магнолий…»

К вечеру небо становится похожим на подсвеченное изнутри перламутровое стекло. Спустившаяся со склонов прохлада обнимает истомлённое жарой пространство, разгорячённые тела, лица…
                                                                                                                                          ***
Начало дня, пляж. Нет, что ни говори, наши женщины особенные. В то самое время, когда остальная часть прекрасного пола на планете давно уж плюнула на себя, устремясь к естеству. Наши – ровно, напротив… Макияж перед выходом на лежаки, духи вечерние, укладка или даже причёска, губки подкрасить, купальник позадиристей, ну и, конечно, золото. Причём лучше всего гарнитурами. Цепочки, браслеты, кулоны – обязательно. Те, кто побогаче, конечно – бриллианты. Круто.., нет слов. Мужчины, тоже не отстают. Перстень богатый на палец, цепь на шею, как у соседского Тузика, ну и соответственно – крест. Причём такой, что, если потребуется обратиться к этому раскормленному гражданину, язык невольно тянется к слову «Батюшка». Здорово всё. Неплохо бы господам на педикюр потратиться. По стоимости – пустяк в сравнении с рыжей цепью. Ан – нет, не видят…
                                                                                                                                         ***
Ездить по городу С… – дорогое удовольствие. В прямом понимании этого вопроса. Причём, по понятным причинам, платить за оплошность надо наличными. Хотя, кто знает, может, у мздоимцев терминалы появятся со временем, частные.
Только давайте вернёмся лучше к ледовому шоу. Во-первых, интересно было посмотреть на ледовый дворец Айсберг. Хорошо, что мы уже здесь были несколько дней назад. Сегодня мимо череды Олимпийских объектов находим дорогу к ледовому. Ощущение?.. Всё похоже на сказочное зазеркалье, в котором мы вдруг оказались. В шоу принимают участие легендарные звёзды – Костомаров, Ягудин, Навка, Маргарита Дробязко, Повилас Ванагас, Мария Петрова, Алексей Тихонов, всех перечислить не представляется возможным – безусловный успех участников и, конечно, Ильи Авербуха как режиссёра. Действительно мировой уровень!
                                                                                                                                         ***
Опять пляж… Сроднились мы с ним, слежались просто. Сегодня ещё одна эксклюзивная особь женского пола появилась. На этот раз с фантастическим бюстом, от которого у большей части мужиков опять дыхание перехватило. Видал.., как все нервно заворочались на лежаках. Зашла она в море, ласковой волной с истомой в глазах наслаждается. А груди её, похоже, всё-таки искусственные, как бы отдельно от красавицы в лазурных водах колышутся, будто поплавки от стрежевого невода. Красиво и страшно одновременно. «За кого?» – спросите вы. За мужиков, конечно, которые рано или поздно попадут в её объятия.
                                                                                                                                         ***
В скучающей неге пляжного отдыха со временем отыскивается своеобразная философия тихого созерцания. Скоро неделя, как наблюдаю за тем, с каким упорством хрупкая девчушка осваивает виндсёрфинг. Два дня она на него даже залезть не могла – падала постоянно, а сегодня уже стоит, парусом работает и, поверьте мне, плывёт!.. Называется это просто упорство. Это как в жизни… Карабкайтесь, люди, цепляйтесь за неё.

56

Из-за случившегося шторма и прошедших после этого дождей мы совершенно неожиданно обнаружили, что в городе С… существует другая жизнь, кроме пляжной, и она значительно скучнее. Съездили в большой «Магнит», купили от нечего делать то, сё… и поняли: пора собираться в дорогу. Как там она без нас обходится?

День тридцатый. 23-е сентября.
Дорога на Краснодар. Горы, море, серпантин.

 

С приходом шторма вдруг стало понятно: город Сочи хорош лишь при наличии погоды и тёплого моря. Лишившись этого, нам вдруг стали видны пыльные закоулки отеля, скудные студенческие завтраки да и всё остальное… Дорога звала. Мы сдали номер, как при прежней власти, и отправились бороться с дорожным беспределом. Вся система движения в прекрасном городе С… построена по принципу охоты с красными флажками. Зверя, то есть автомобилиста, по очень продуманной схеме выгоняют на посты ДПС, а те уже валят… Кого наповал, то есть лишение с решением вопроса на месте, других – ранят, причём – лечение тоже на месте. Странно другое. Почему город не располосован по нормальному, почему нет своевременных указателей в большинстве случаев или они стоят там, где уже что-либо менять просто поздно. А дальше обыкновенная западня. Одним словом, едешь, не зная, куда свернёт твоя полосонька? А когда поймёшь, с двух сторон уже сплошные… Только не переживайте, в конце загона вас непременно встретят. Местные водители на это плюют, и у них получается. Хорошо бы научиться такому мастерству, да пора в дорогу. Ещё одно неудобство – давно не обновлялась информация в электронных средствах навигации, оттого часть объектов не соответствует фактической.
Получив утвердительный ответ от сотрудников гостиницы о том, что мы ничего не спёрли, отправляемся. До Краснодара 270 км. Полагали – пустяк. Однако ехали восемь с половиной часов, борясь не переставая с пробками и хамством местных водителей. Если есть две полосы, они непременно организуют третью, чтобы лезть справа. Есть одна – будет две. И всё! Встаёт после этого всё движение, как содержимое в грязном унитазе. Унизительно понимать, что ты и есть это самое содержимое. В Джубге остановился перед переходом пропустить девочку с ранцем. Что тут началось! Все вокруг сигналят, мигать фарами, жесты всевозможные показывают… Россияне! Мне стыдно за вас. И не надо списывать это на горячность джигитов. Называется это совсем по другому.
После небольшого городка Ольгино встали намертво часа на три. Желающие пробиться по обочине усугубляют и без того тяжелейшую ситуацию. Продвигаемся, но какими-то черепашьими шагами. Кроме того, надо постоянно контролировать, что происходит справа и не переставая посматривать в водительское зеркало. Здесь даже МКАД отдыхает, потому что они (местные горячие люди) всё время стараются пролезть… Куда вы, господа? Ведите себя прилично. Где ваше воспитание? А всем здравомыслящим рекомендую только одно – никогда, ни при каких обстоятельствах не ездите в город С… на собственном автомобиле. Оно вам надо? «Летайте самолётами Аэрофлота», ездите в мягких купе или двухэтажных комфортабельных вагонах РЖД, плавайте на кораблях и корабликах. Всё, что угодно, только не на автомобиле. Ну, а что до нас?.. Мы всё-таки искатели приключении. Собственно, за тем и поехали. Только и нам на сегодня нестандартных ситуаций хватило. Однако, с другой стороны, разве увидишь с самолёта облако перед собой, когда, опустив стекло, можно прикоснуться к его прохладе, а посмотреть дальше, разглядеть вершину соседнего хребта. Капли дождя исчезают с лобового стекла оттого, что Зверёныш вскарабкался выше тучи. Дождь остался там, внизу, где течёт суетная человеческая жизнь с заботами, несбывшимися грёзами, неоплаченными долгами. От этого всем хочется куда-нибудь убежать. Мы даже знаем, куда…
Горы далёкие, горы туманные, горы
И улетающий, и умирающий снег,
Если вы знаете, где-то есть город, есть город
Если вы знаете, он не для всех, не для всех…

Спускаемся с перевала так, будто возвращаемся в реальность, причём страшную. Длинный поворот с ответвлением. Вот и она – причина многочасовой пробки. Среди асфальта разорванная в жестяные клочья, каждый величиной не больше тетрадного листа, машина. Даже модель и цвет разглядеть невозможно. Двигатель – неизвестно где. Справа за обочиной фура с покорёженной кабиной, возле неё двое окровавленных перебинтованных людей, «скорые», полиция, мигалки. А среди обломков и пластмассовой крошки – бурые пятна крови на асфальте, такие же брызги на всей левой стороне дороги. Страшно видеть такое. Какое для них теперь имеет значение – кто кого не пропустил? Замолкаем и выключаем радио…
Наградой нам за тяжёлую дорогу стал отель «Чехов» в Краснодаре. Глянец мрамора в холле, всё изысканно, чисто, прекрасная мебель, ужин… Нас тут же окружили заботой. Сам отель находится в тихом месте. Парковка под окном. Великолепный номер, душ, постель. И всё, заметьте, исполнено с большим вкусом. За окном ночь. Завтра большой перегон до Воронежа. Пора спать.

День тридцать первый. 24-е сентября.
Караванным путём М4 от Краснодара до Воронежа.

 

Утром, буквально через пятнадцать минут после великолепного завтрака в «Чехове», мы были уже на трассе М4 «Дон». Я не случайно сравнил эту федеральную трассу с караванным путём, который довелось наблюдать раньше в Иорданской пустыне. Это была «живая» дорога из верблюдов шириной сотню метров. Бедуин сидел у края и, подсоединив самым обыкновенным проводом небольшую электроплитку к солнечной панели, варил кофе. Потом он взял в руку прокопчённый кофейник и посмотрел в мою сторону. Я одобрительно кивнул. В Иордании нельзя отказываться от предложенного кофе. Это оскорбление хозяина. Мы долго сидели под палящим солнцем у верблюжьей дороги, пили кофе и молча смотрели перед собой…
Вы спросите, причём здесь это? С удовольствием отвечу – очень много схожего. Сколько бы ни было дорог и как бы они ни выглядели, они все похожи одна на другую. Видимо, сама философия дороги как явления заложена предками глубоко в наших генах. Оттого мы с тем бедуином прекрасно понимали один другого, не говоря при этом ни единого слова. Кстати, звали его Саид.
Да ещё… Совет начинающим путешественникам. Перед выбором отеля для ночёвки ознакомьтесь, кроме отзывов, ещё и с местом его расположения в городе, чтобы не толкаться в утренних пробках, выбираясь на трассу. Сегодня после начала движения сразу становится понятно – находимся внутри серьёзного транспортного потока. Только какой бы ни был этот поток, он состоит из тех, кто управляет автомобилями. Это обычные люди, а они, как впрочем и всё наше общество, очень различны и к тому же далеко не совершенны. Холерики сводят с ума меланхоликов, последние своей неспешностью выводят из себя холериков. Сангвиники, в свою очередь, спокойно за всем этим наблюдают, примыкая поочерёдно то к одной группировке, то к другой. К ним добавляются ещё те, кто не помнит отчётливо, педаль справа – это тормоз или газ? Само собой нельзя сбрасывать со счетов наличие «выдающихся» как водителей, так и личностей. И всё это, представьте себе, движется… Час времени требуется с утра для того, чтобы почувствовать трассу, потому и не спешим разгоняться. Любуемся разноцветными полями, бахчами, усыпанными дынями и арбузами. На краях их, в стороне от трассы, один за другим арбузные развалы и не только. Ещё дыни, лук всех цветов, чеснок связками и на развес, груши, сливы, яблоки, орехи и конечно подсолнечное масло с фантастическим ароматом, которого не приходилось встречать нигде. Стоит всё недорого, разумно как-то. Территории рынков огорожены, везде навесы. Каждый хозяин украшает секцию по своему вкусу и фантазии, торгует «походом», то есть не жмётся из-за мелочей. Интересно и как-то непривычно для нас… Просто праздник какой-то рядом с дорогой. И вот ещё почему. Опять возвращаемся к ценам. Как понять, что такое килограмм арбуза по пять рублей за кило? (почти по Карцеву). По пять, это когда на тысячу рублей можно купить 200 килограммов отборных арбузов! Как вам? А если по три?.. Оттого и праздник.
Вскоре вслед за указателями появляется и Ростов-на-Дону. Ещё один Ростов мы проезжали на Золотом кольце России. Историческое место. Поэтому, произнося название этого Ростова, следует добавлять – на Дону. Из-за ремонта дороги в Аксае пробка… Однако вот и приятная сторона той медали. Из-за того, что медленно двигались по мосту через Дон, получили истинное удовольствие, разглядывая работу зернового порта. Друзья мои, сейчас я поверил окончательно, что мы собрали самый большой в мире урожай пшеницы. Акватория Ростовского залива заполнена зерновозами. Одни грузятся, другие ждут очереди на погрузку, не иссякает поток грузовиков к портовым терминалам. А это денежки и серьёзные. Не случайно встречались нам сёла, которые имеют собственные аквапарки и ледовые дворцы. Нынешнее время – начало новой страны, поверьте мне.
Вот только как бы мы ни старались, быстро проехать Ростов-на-Дону не получилось. Это обычное явление. Никогда не стоит рассчитывать, что удастся слёту проскочить миллионный город, даже если цепляешь его краем. Загрузившись на подъезде арбузами, дынями, фруктами и прочими дарами юга на дорогу и впрок, отправляемся. Зеркало заднего вида стало видеть больше дороги, да и горизонт стал несколько ниже обычного. Чувствуется груз. Однако как там про свою ношу говорят в народе?..
Расстояние до Воронежа – 850 км. Монотонно и достаточно изнуряюще… Повидали мы за это время всевозможные заправки, от брендовых до подпольных, различные придорожные туалеты, причём совершенно полярные. Отчего это зависит? – От хозяев. Вот к примеру – стоит себе на М4 крупная АЗС «Татнефть», где всё на уровне. Топливо, кафе с приличным меню и вкусом, туалет со всеми необходимыми бумажными аксессуарами, пенками для рук, ароматным жидким мылом для грязных рук. «Лукойл» наш любимый сдал свои позиции. От топлива его Зверёныш слегка притупел. Понятное дело – левак затесался. Кофе нет, туалет закрыт. Не похоже это на «Лукойл»… А может, это и не он вовсе. Могу сказать больше… Это точно не он. О качестве топлива на АЗС легко судить по внешним признакам – наличию приличного туалета и кофе. Прислушайтесь, это не шутка.
Дело уже к обеду, а мы едва одолели четыре сотни. Трасса «Дон» вся в ограничении 90 км/час. Едут все, и мы в том числе, на грани фола – 120км/час, чтобы держать среднюю и покрывать за час хотя бы 85 км пути. Однако получается это не всегда. То вдруг все начинают притормаживать, то холерики баламутят сложившийся режим движения запредельной скоростью и рискованными перестроениями.
«Ребята, – хочется сказать им, – посмотрите по сторонам… Там на отбойниках от таких, как вы, места живого не осталось. Все обочины усыпаны пластмассовыми обломками и битыми стекляшками! Только вы за собой непременно кого-то ещё захотите прихватить…». Транзитники – те, что едут по соседству уже не первый час, давно уже перезнакомились, внешне, разумеется. Вот синяя «Ауди», которая обгоняла нас километров сто назад. Теперь он в соседнем ряду. Значит, где-то останавливался. Заправлялся, наверное, заодно и перекусил. Перемигиваемся. Он поел, спешить не хочет, уходит вправо, показывает поворотником «обгоняй». Мы с ним встретимся ещё несколько раз. И таких заочных приятелей немало. Воду баламутят местные граждане, которые выскакивают на трассу, чтобы проскочить километров двадцать. Вроде как на блины к тёще в соседний городок. Здесь им хорошо известны все посты, камеры и одноклассники из ДПС. Так что эти господа попросту «мочат коры» на ВАЗах. По другому не скажешь, по-другому получается, хотя и нелитературно.
Как ни странно, постоянно закладывает уши. Явный признак гор. Да и дорога то срывается вниз, то лезет в сторону тёмных туч по длинному косогору. Это и есть Среднерусская возвышенность. Темнеет… А до Воронежа ещё 180 км. Усталость навалилась на плечи. Ночь, фары, спящий город, автопилот, гостиница «Версаль», душ, постель… На сегодня – всё.

День тридцать второй. 25-е сентября.
Дорога на Смоленск. Согласно логике, но вопреки правилам.

 

Отель «Версаль» оказался тихим, с чистым двориком и умиротворяющим видом на водохранилище. По соседству величественный храм, который рассмотреть удалось лишь поутру. Прекрасное, тихое место. Достойный своих звёзд отель с приятным персоналом, огромным номером и хорошим завтраком. Вот вы думаете, отчего я всегда отмечаю, какой был в этот день завтрак? За этим стоит суровый опыт путешествий. Впереди – целый день. И нам предстоит в течение его не на диване возле телевизора маяться, а крутить баранку до заката солнца. Так что поймите, это далеко не праздное восклицание.
Воронеж для всего Военно-морского флота России – начало отсчёта, поскольку именно здесь царь Пётр строил первые военные корабли. Пока Ольга покупала в подарок традиционный магнит, я поинтересовался у охранника, где это всё происходило? Он настолько профессионально повёл рассказ о тех исторических днях, что у меня закралось сомнение: уж не экскурсовод ли это, переодетый в форму охранника? Приятно, когда жители не только знают историю своего города, но и с такой любовью говорят о нём.
Но, вернёмся к сегодняшнему маршруту… Проложили мы его до Смоленска, как написано в оглавлении, согласно логике – прямо, но вопреки общепринятым правилам. То есть не по федеральным трассам, а по самым обыкновенным просёлочным дорогам, между деревень и районных центров. Это и есть одна из основных задач нынешнего путешествия. Кроме того, появилось желание отдохнуть от больших дорог. Каждому хочется после суетного дня уединиться в домашней тишине, предаться чтению, размышлениям. Вот и у нас примерно то же настроение после М4. Навигатор долго сопротивлялся. Пришлось ему понизить в настройках категорию дорог до грунтовых. Наконец от проложил маршрут по еле заметным на мониторе ниточкам просёлков. Только мы полны решимости. Даже если это будут грунтовые дороги, поедем всё равно.
Недолгие сборы… Мы уже приготовились отправляться, но буквально за мгновение до этого неожиданно зазвонили колокола храма. Мы замерли… Что-то великое произошло в это самое мгновение в окружающем мире, в каждой точке этого пространства, а ещё – внутри каждого из нас. Что?.. Это невозможно объяснить. Это можно лишь единожды почувствовать. В низкий малиновый звон погрузились дома, люди, дождь, желтеющие деревья, зеркало асфальта…
Так мы и отправились под звон колоколов… С искренним любопытством разглядываем просыпающийся величественный город, а он в свою очередь смотрит на двух неуёмных людей в Зверёныше, которым никак не живётся в тишине и комфорте. Расстаёмся с Воронежем в каком-то просветлённом спокойствии, даже лёгкой грусти осеннего умиротворения. Такое настроение в дальней дороге – лучший спутник.
Прокладывая этот маршрут, мы преследовали главную цель: увидеть жизнь российской глубинки. Отъехав буквально пару десятков километров от Воронежа, стало понятно: мы своего добились. Дорога, петляя от деревни к деревне, несла нас уверенно в сторону Орловщины. Спасибо судьбе, что она занесла нас в эти края. Здесь всё на виду. Простые люди, добротные дома, усеянные солнечными тыквами огороды, гуси, недовольные нашим появлением, сытые коровы на краю луга… А за деревенскими околицами распаханные поля приготовились к зиме, жёлтое жнивьё, вспоминая жаркое лето, щетинится до перелеска… На дороге практически никого. Ни встречных, ни попутных. Бывает так, что за полчаса никого не встретишь. После уборочной страды деревня отдыхает. Но состояние дорог хорошее, местами просто отличное. Движение никто не контролирует. Не надобно это здесь никому. И слава Богу. Нет «стрелок», регистраторов, нет контроля средней скорости и всего остального. Приятно от одного, что хоть где-то человек может находиться не под колпаком электронных средств. Осознание чистоты электронной среды вокруг для нас – явление ещё новое. Только не далёк час, когда такие места мы будем с той же жадность находить, как сейчас отыскиваем место, где можно вдохнуть смолистого воздуха тайги. Запомните: термин «электронная чистота окружающей среды» появится очень скоро.
Сегодня наш навигатор работает безупречно. Всё говорит о том, что обновления координат на местности проводятся регулярно. Мы, конечно, не наглеем, но свою стодвадцаточку идём. Ближе к Орлу на дороге даже осевая разметка появилась. Орёл, который прошли достаточно легко, запомнился нам хорошим и своевременным кофе на АЗС и сдержанной русской красотой. Понятие красоты для любого города тоже понятие весьма неоднозначные. Разве нет красоты в урбанистических пейзажах промышленных городов? – Безусловно, есть. А какая в них потрясающая энергетика! Может, кто-то скажет, что нет красоты в старых городах(не путайте с исторической древностью). Отвечу – старость так же прекрасна, как и юность. Отличие лишь в том, что стала она от возраста мудрее. К тому же этот период жизни в любом случае ожидает каждого человека, как и каждый город.
За перекрёстком танк на постаменте – памятник героям Курско-Орловской наступательной операции, известной всем как Курская дуга. Как-то странно у нас в этом году сложился маршрут – вдоль линии фронта. Надо подумать, почему?
До Брянска неплохо было бы добраться после обеда, однако спешить не хочется. Едем не торопясь от Бунино до Борков, после до Богородицкого, а там уже и Карачев Брянской области. Есть огромное желание насладиться смиренной порой начала осени с мягким солнцем и неяркими красками. Перед въездом в Брянск слева на постаменте ЗИС–5 с деревянной кабиной – памятник военным водителям. Сигналим… Это старая брянская традиция многих поколений водителей. Эх, заехать бы сейчас в Управление лесами Брянской области да спросить Мишу Левита… «Как поживаешь, дружище?». Где Володька, Женя?.. Не один год дела вели. Сколько всякого перебывало… Только как же давно это было.
От Брянска до Смоленска дорога представляется единым населённым пунктом, поскольку после появления белого фона, перечёркнутого красной полосой, через километр опять начинается деревенька. Вдобавок ко всему радар-детектор не переставая сигналит о наличии камер ДПС. Водители меня поймут. Спешить не получается, но на сей раз в Смоленск мы прибыли хотя бы не среди ночи. Вот и знакомый нам «Премьер» на Крупской, со стоянкой, чистейшим номером, душем, приятной постелью. «Хороший сегодня был день», – успеваем проговорить мы и засыпаем.

День тридцать третий. 26-е сентября.
По короткой дороге вокруг. От Смоленска до Даугавпилса.

 

Этим утро на полупустой парковке возле отеля случайно разговорились с американцем. Хотя он, похоже, сам не поймёт, кто он? Венгр, русский, еврей… Жена – венгерка, дети где-то в Европе, где точно, неизвестно. Однако, похоже, он всё-таки американец с явным дефицитом общения. Он столь много и сбивчиво говорил сразу обо всём, что нам просто не представилась возможность спросить… Как же его «Тойота» с американскими номерами Колорадо, которую он удачно взял в кредит, оказалась здесь, в Смоленске? Из главного ясно одно: ему нужно российское гражданство. А он, перескакивая с одного на другое, уже спешил рассказать нам, как находится тридцать дней в пути, какие сволочи хохлы (это его слова), что пытались содрать с него таможенный сбор в полторы тысячи долларов наличными, как он отбился от них лёгкой взяткой досмотровикам, как в Королёве под Москвой, где когда-то жила его мама, местные чиновники, отыскивая всевозможные причины, ни в какую не хотят дать ему российское гражданство. «Работать лучше всего – в Америке, жить в Европе, а в гости ездить – в Россию», – заключает со знанием дела он. Так вот всё непросто у этого, на первый взгляд, простого человека, которому так нужен собеседник. Или слушатель? Наша компания для этого ему вполне сгодилась. Он был рад, что мы уделили ему полчаса, прощаясь, долго жал руку, приглашал куда-то в гости. В Америку, кажется, а может, в Венгрию? Зачем?.. – Ему там поговорить не с кем.
Какие всё-таки люди разные… Одним подай русскую равнину, другим всё равно что, лишь бы подальше от неё. У меня всегда возникает вопрос: откуда эти люди черпают силы?. Мы, например, от нашей земли, людей вокруг, тихой речушки из детства, запаха блинов воскресным утром… А как же они? Когда Родина для них это что-то расплывшееся в выгодных действиях и поступках. Получается, что есть какие-то другие человеческие ценности, которые нам неизвестны. Да, разные мы, разные. Хотя Создателем задумывались как равные. Только люди ни при каких обстоятельствах не захотят быть таковыми.
От Смоленска на Минск прямая, как стрела, и широкая, как тот самый караванный путь, автострада. Только мы, проехав по ней около пятидесяти километров, смело поворачиваем направо и начинаем движение по любимым просёлочным дорогам. Навигатор бастует, поскольку хочет отправить нас через Великие Луки, только эта дорога на 180 километров длиннее.
В таких хитросплетениях дорог без штурмана нельзя. Ольга всё считает и отслеживает маршрут, постоянно выдавая команды. Моё же дело простое – крутить правильно баранку. Первый крупный населённый пункт на нашем пути Велиж, после Святы, Невель, Пустошка… Там по М-9 мы выйдем на границу с Латвией. У вас невольно возникнет вопрос: куда это вас, неуёмных, понесло? Через Белоруссию прямее, значит, короче. Вот только, не готовы мы сегодня отправляться по этой прямой через братскую страну. Страховку опять где-то покупать надо, встречаться с неприветливыми таможенниками. А у нас, кроме чистой совести, наивных глаз да десятка арбузов, и нет ничего. Вдруг им наши покупки не понравятся или кассового чека не сможем предъявить. Объявят они нас тогда какими-нибудь фруктовыми контрабандистами. Тут не до шуток. Возьмут да заставят доказывать, что товар для собственного потребления. То есть съесть в их присутствии все арбузы, например. А мы ведь их не одолеем. Тогда неминуемая расплата. Ребята там серьёзные. Да и автоинспекторы в кустах напрягают. Неуютно от них. Возьмут, так вот лиходеи в форме и обвинят нас в нарушении каких-нибудь антиалкогольных законов да и отнимут все четыре бутылки абхазского вина и коньяк коллекционный. Скажут – «не положено» и всё, хана. Так что, как говорится, от греха…
И снова по обе стороны дороги – поля Смоленщины, деревеньки на почтительном расстоянии одна от другой. Движение? Как и везде на просёлочных дорогах, спокойное. Дороги? – Хорошие настолько, что стрелка спидометра постоянно смотрит в небо. Проходим за час в среднем 90 километров пути. На Псковщине, за Невелем, появился густой лес. Края здесь местами совсем дикие, с какой-то необычной нетронутой красотой. Лишь поля жёлтыми стернистыми пятаками внедрившись в лес, напоминают о близости людей. В просвете леса – озеро с несколькими домишками на берегу, две лодки на середине. Рыбалит народ…
Только после небольшой деревушки вот те чудо… Платная дорога! Самая что ни на есть настоящая. С будкой оплаты, шлагбаумом полосатым, как положено. Длина платного участка около 40 км. А те, кто хотят бесплатно, пожалуйста через Великие Луки. Тогда добавьте пару часов и те самые 180 километров. Проезд легковой по платной дороге обошёлся в 200 рублей. Это ж почти даром. Оформляем быстро формальности и в дорогу. Заплатили, похоже, не напрасно. Едем красиво. Дорожное полотно обновлённое, места для отдыха у дороги оборудованы с любовью. А главное – природа вокруг чудная, красота лесная, даже глушью пахнет. Какая-то очень уж необычная эта платная дорога. Чаще всего ведь как… Заплатил и летишь на всех парах по ровненькой, пока можно. Тут же всё наоборот. Заплатил – не спеши, насладись лесной красотой, отдохни на лавочке под грибком. Честное слово, такая дорога – удовольствие, которое стоит того, чтобы заплатить за него такие небольшие деньги. Да, кстати, едва не забыл. АЗС на трассе хорошая, с буфетом, кофе, чистеньким туалетом, душевой кабиной для дальнобойщиков. Все параметры платной дороги. Вот вам и глушь лесная…
Прокладывая накануне маршрут и смотря на точку среди зелёного поля лесов с безрадостным названием Пустошка, рисовались в нашем воображении измученные ветрами и временем деревеньки возле узенькой извилистой дорожки. Такую, лишь бы проехать. Только ошиблись мы в очередной раз. Потому что ехали мы до Пустошки по роскошному автобану, какого ни в Литве, ни в Латвии не встретишь. В Германии, пожалуй, – да. Друзья мои, но это глубинка, которую мы специально искали. Так и не побывав в этой самой Пустошке (хоть отправляйся когда-нибудь специально), поднялись на эстакаду и по привычному для каждого питерского жителя автобану М-9, отправились в сторону таможенного пункта «Бурачки». Арбузы и две банки кильки в томате «Совок», не съеденные в путешествии, решили не декларировать. Заявив о наличии лишь четырёх бутылок вина и одной коньяка. Колбасы? – не везём. Шипучие вина (шампанское то бишь) – тоже нет. Так что за 45 минут беспрепятственно просквозили таможню. Арбузы своим количеством произвели впечатление, но никого не заинтересовали. Привет, Евросоюз! Как ты тут без нас?
Начинает смеркаться, до дома – 400 км. На ночь остановились в русском городе Даугавпилсе, в четырёх звёздном отеле. Мило, тихо, скромно. Даже слишком…

День тридцать четвёртый. 27-е сентября.
Дорога домой.

 

В Даугавпилсе присутствие Евросоюза можно ощутить разве что по названиям магазинов, рекламных вывесок, ценников да денежных знаков другого цвета. За всё время пребывания ни одного слова на каком-либо другом языке, кроме русского, услышать нам так и не довелось. Молодые, пожилые – все говорят так же, как в Воронеже или Волгограде, смеются так же. Как же они, интересно, думают? По-русски, по-латышски? Каждое время рождает своих детей, а эти, выросшие за пределами России, особенные, что бы кто ни говорил. Интересно, вспомнят ли их внуки, правнуки о том, что предки их когда-то были русскими? Довелось мне много раз встречаться за границей с русскими эмигрантами первой волны, бежавшими от советской власти. Какие это удивительные, образованные и воспитанные люди, хотя у каждого тяжелейшая судьба, трагические утраты. Главное, что поражало меня всегда: оставшись без Родины, они не теряли веру в неё. В их домах, которые обязательно оберегаются иконой, привезённой из России, присутствие русского духа расценивалось как непременное. Слово «русский», православный для этих людей – стержень, основа, на которой держится всё в их жизни: привычки, правила, русское застолье, гостеприимство, преданность России.
Покинув тесный номер в отеле с четырьмя звёздами (трудно-сочетаемое выражение для современной России, хотя для Европы – не редкость), отправляемся по длинному мосту за Даугаву и возле жутковатого чёрного памятника (похоже, латышским стрелкам) повернув направо, оказываемся в коттеджном посёлке, за которым – дорога домой… Мимо зелени лугов, которые были когда-то тучными полями, красивых озёр, мимо другой жизни, убегает наша нынешняя дорога. Мы опять что-то хотим догнать… Время? Истинное понимание происходящего?..
Ближе к обеду показались исполинские жернова электрических ветряков, за ними – Микитай, Юрбаркасский перекрёсток. На таможне в Панемуне – пусто… Всего лишь пара машин и автобус. Появляются наши мобильные сети. Звоним всем, извещаем о прибытии. «Лаба дэна» – «Лабас…», – отвечаем мы, понимая, что уже дома.
Ровно на средине моста, на нейтральной территории, по-прежнему, как и тридцать четыре дня назад, стоит брошенный кем-то «MINI». Таможенные процедуры на нашей стороне заканчиваются быстро. Здесь преференции у нас. Проходим всё без очереди.
Здравствуй, любимый город! Вот мы и прибыли. Как твои дела? Время ушло вперёд, а как же ты? Тоже ушёл за ним или остался там же где и был? Похоже, последнее. Позади у нас 8500 километров, множество городов деревень, даже горных перевалов. Только таких дорог, как у нас, встретить не пришлось даже в самой глубинке русского Черноземья. Отчего же так? Кто мне может объяснить? Хотя причины нам хорошо известны. Но.., не легче от этого.
В памяти очень скоро восстанавливаются слегка подзабытые мелкие подробности обыденной жизни. Надо бы съездить туда, это открывается во столько… Да, да… Здравствуйте, дела.

Заключительные строки пишем по прошествии почти двух месяцев, которые ушли на подготовку дорожных записок к публикации. Только вдруг опять задумываемся над вопросом, будто заданным кем-то со стороны…
– Зачем вам это надо было, и надо ли было вообще? Жизнь и без этого переполнена до краёв. Времени на всё не хватает. «Зачем вы ездите, если можно жить в комфорте?» – спросил нас во время путешествия один человек. Действительно. Зачем трястись по 10 – 15 часов, рисковать при этом ежесекундно, постоянно искать то ночлег, то воду, то еду, думать, где постираться или не заправиться левым топливом? Зачем всё это? Причём, по собственной воле?
Думаем, чтобы все поняли нас… Напишем сейчас во всех красках о закатах в горах, солнце над лазурным морем, чёрных от спелых подсолнухов полях, золотистых просторах пшеницы. Или об орле, который, раскинув крылья, кружит за облаками наравне с тобой. После этого все поймут нас и скажут: «Да.., действительно, из-за этого стоило отправляться в путешествие». Только вдруг приходит понимание, что любим мы, оказывается, больше всего самую обыкновенную дорогу, убегающую за горизонт, лёгкую утреннюю дрожь в руле проснувшегося Зверёныша, капли росы на лобовом стекле, оттого, что любим весь этот мир вокруг… Все мы – дети своей планеты… А детям следует любить мать.

Советск, ноябрь 2016 г.                                                                                                                                                                          Редактор Денис Федаш

P.S. Помните, мы обещали вам сделать чёрно-белую фотографию монастыря под Ярославлем… Посмотрите, что получилось:

57                                                                                         Волга. Толгский женский монастырь 1916 год                                                                                                                                                                   Это не мы изменили время, это всего лишь время улыбнулось нам…     

VN:F [1.9.22_1171]
Rating: 10.0/10 (3 votes cast)
От моря Ганзейского к морю Русскому, 10.0 out of 10 based on 3 ratings

3 ответа на От моря Ганзейского к морю Русскому

  1. Блеск!))) Какое слово у автора, как интересно читать! Как много полезной для путешественника информации.

    Егор

  2. Какое удивительное путешествие! Хотела пробежаться по-быстрому, да застряла на два часа. Создалось полная иллюзия, что я ехала вместе с Ольгой и Александром. Сейчас все больше пишут о дальних странах, загранице. Только как интересно можно путешествовать по России. Муж тоже загорелся поездкой. К лету подготовим машину и отправимся куда-нибудь. Спасибо, что есть сайт, где можно найти такую информацию.
    Олеся, Леонид.

  3. Да, такой вот ненавязчивый, но настоящий патриотизм… Приятно ощущать, что сельская школа в Сибири, где учителями были мой отец и родители Автора дала таких неплохих людей, да и еще и талантливых. Новых путешествий и дорожных заметок

Прокомментировать

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*